Романенко Валентина Федоровна

с. Покровское

 

Уходят ветераны

 

Все редеют, редеют ряды ветеранов…

И короче дорога, и ближе закат.

Их выводят из строя давнишние раны

Да года, что состарили бывших солдат.

Не приснятся ушедшему залпы орудий,

Раны так не болят, не тревожится сон.

И уже всё равно: праздники или будни…

Колокольный не слышат они перезвон.

Прошагали свой путь, успокоились деды.

Лишь родные глаза с фотографий глядят.

Да в шкафах пиджаки с орденами Победы

По хозяину тихо безмолвно грустят.

Но никто не забыт, внуки помнят вас, деды!

И об этом нельзя никогда забывать.

Кто под пулями шёл ради нашей победы,

Тех, кто грудью закрыл нашу РОДИНУ МАТЬ!

 

Вновь весна

 

Вновь весна, вновь поют соловьи,

И цветы зацвели на пригорке.

А земля, что могилы степные хранит,

Пахнет болью и привкусом горьким.

Вспоминаем погибших не раз,

Будем помнить, пока мы живые.

И даём нашим внукам наказ:

Не забыть те года боевые.

До сих пор мы находим солдат,

Что погибли в лесах и болотах

И, землёй не укрытые, спят…

Ждут они, что отыщет их кто то.

А могил безымянных - не счесть.

Их покрыли степные бурьяны,

Да цветы, так похожие здесь

На солдатские свежие раны.

Не забудьте, проведайте их,

Не стесняйтесь и слезы не прячьте.

Станьте тихо, замрите на миг.

У могил безымянных поплачьте.

 

 

Конюхова Галина Ивановна

с. Покровское

 

Печальная дата

 

Сегодня печальная дата в стране,

Начало войны продолжительной, тяжкой.

Идёт к обелискам народ в тишине,

Гвоздики в руках, розы, маки, ромашки!

 

Лежат здесь герои второй мировой,

Горячий свинец их все планы нарушил.

Последним, стремительным был жаркий  бой,

Который забрал в поднебесье их души.

 

Как  много достойных  у нас на Руси,

Ушедших до срока в лихую годину.

И гибнут ещё…  Боже милый,  спаси

Всех наших людей и людей  Украины!

 

А их  главарей на суд божий пошли,

Очисти им путь в преисподнюю ада.

Забудут пускай, как живут короли,

Должна же когда-то прийти и расплата?

 

Воистину, двадцать второе июня,

Днём  чёрным считается в нашей России.

Хоть ласково ветер играет на струнах,

И  светлое небо  сродни  моря сини!

 

Но это у нас, где земля не горит.

Крылатая смерть  не  так часто летает.

Живём хорошо, только сердце болит,

Когда мир желанный наступит?  Не знаем.

 

А,  скорбные даты запомним навек,

Чтоб помнили внуки детей и их дети.

Кто жизнь подарил,  чтобы жил  человек,

На мирной, любимой, цветущей планете!!!

 

 

Морозова Альбина Георгиевна

с. Троицкое

 

Фронтовые пути-дороги гвардии капитана Шведова

 

С Фёдором Васильевичем Шведовым я познакомилась в год 30-летия Победы, когда работала учителем в Беглице. Классные руководители готовили различные мероприятия, в том числе встречи с ветеранами. Фёдор Васильевич произвёл очень хорошее впечатление: спокойный, доброжелательный, общительный человек. А ещё - умелый рассказчик и замечательный собеседник. Спустя десятилетие, работая в библиотеке, я узнала, что он ещё и активный читатель. Мы обсуждали прочитанные книги, в том числе и о войне, а Фёдор Васильевич делился воспоминаниями о своих фронтовых путях-дорогах. А я хочу поделиться с читателями воспоминаниями о нём.

Родился Фёдор Васильевич Шведов в 1913 году в селе Боково Федоровского района (ныне Неклиновский). Очень рано потерял родителей. До восьми лет жил у родственников на Украине, а потом у дяди в Таганроге. В 1938 году женился на весёлой, задорной бегличанке и переехал в Беглицу.

Когда началась война, был призван на фронт Таганрогским РВК. Попал в 290-ю стрелковую дивизию, которая формировалась в июле 1941 года в Тверской области, в 145 км от Москвы. Белорусский фронт. Ф.В. Шведов - старшина, разведчик отделения мотострелковой роты. В августе- сентябре дивизия была брошена на оборону Брянска. Авиация, танки, мотопехота немцев наносили сокрушительные удары. Наши войска, не имея тяжёлого вооружения и артиллерии, несли большие потери, отступали. В конце концов, были зажаты в болотах. Окружение.

Испортив и бросив технику, личный состав пробивался мелкими группами на восток. К 20 октября в район Белева вышли около двух тысяч человек из 290-й СД (на начало боевых действий было более десяти тысяч). Но зато оттянули на себя большие силы противника, почти всю танковую армию Гудериана и нанесли врагу огромный урон. А потом была героическая оборона Тулы, разгром немцев под Москвой. И - наступление!

Фёдору Васильевичу особенно запомнились бои за Калугу.

«В ночь под новый, 1942 год, наша 290-я СД в составе 3-й Армии Западного фронта после активной обороны, ослабившей силы фашистов, пошла в наступление и дошла до Калуги. Нашей задачей было захватить район железнодорожного вокзала. Именно вокзал удерживался немцами особенно упорно. Порой противостоящие стороны настолько сближались, что начинался гранатный бой, местами переходящий в рукопашный. В эти дни усилились морозы. Мёрзли все - и оборонявшиеся, и наступающие».

Фашисты не успели отправить в Германию эшелоны с награбленным добром, остались в тупиках станции и вагоны с военной техникой. После взятия Калуги - снова с тяжёлыми боями вперёд. С болью вспоминает Фёдор Васильевич о гибели своего земляка и соратника И.Е. Живагина: «В этих боях (1 января 1942 года) был смертельно ранен мой друг, односельчанин, с которым вместе ушли на фронт, делили последний сухарь. Для меня это была тяжёлая потеря. На разъезде Азарова осталась могила старшины Ивана Евгеньевича Живагина».

Сам Фёдор Васильевич был дважды легко ранен, контужен. После госпиталя - новое назначение. В.Ф. Шведов - командир эскадрона 7 -го гвардейского истребительно-противотанкового дивизиона 7 кавалерийского корпуса. С товарищами по оружию форсировал Днепр, освобождал левобережную Украину и восточные районы Белоруссии, Польшу. Добивал врага в его логове. Особенно ожесточённые бои разгорелись в конце апреля за овладение г. Бранденбург, в ходе которых конники показали подлинный героизм. Завершающим этапом боевого пути корпуса было его участие в Берлинской наступательной операции в составе 1-го Белорусского фронта.

Фёдор Васильевич дошёл до Берлина. Войну закончил в г. Ратенёв в мае 1945 года в звании гвардии капитана. Награждён орденом Красной Звезды. Из наградного листа: «Участвуя в операции при прорыве обороны немцев на реке Одер и завершении окружения немецкой столицы города Берлина, тов. Шведов показал себя храбрым, мужественным офицером Красной армии. Эскадрон, которым командует тов. Шведов, в прошедших боях показал себя стойким, героически сражался по захвату городов Ораниенбург и Ратинёв. В этой операции эскадрон уничтожил 900 солдат и офицеров противника, 19 огневых точек». В городе Ораниенбург располагался нацистский концентрационный лагерь Заксенхаузен, и 7-й гв. ИПТД участвовал в освобождении узников.

Вернулся с фронта Фёдор Васильевич домой в 1946 году, работал директором Беглицкого клуба.

 

 

Кротова Ольга Леонидовна

с. Покровское

 

22 июня

 

Утро раннее тихое

Было,

Но вдруг в четыре утра

Радио объявило, что

началась война.

И кажется, мир  свихнулся,

Всё пошло кувырком.

Первый бой приняла граница,

И всё решалось  бегом...

 

И никто не думал в то время,

Что это долго

Продлится

И пойдут года  вереницей....

 

Сколько ещё впереди

Весен и зим пройдёт…

Но ребята знали одно,

Что надо идти

Вперёд!

Пройти города и сёла,

Весны пройти и зимы,

А до победы над злом

Ох как далёко было...

Сколько ребят ушло,

Сколько в боях  легло -

Миром не сосчитать,

Только слёзы ронять и

Ронять...

 

И вот пришел День Победы!

В былое уходят беды...

Но не залечили мы

Раны,

Всё плачут и плачут

МАМЫ.....

 

 

***

Как Мир меняется...

И люди.

Ты к ним с добром -

Они со Злом.

И сколько это длиться будет?

Пять лет... и сто...

А что потом...

Доколе это?

Будет срок?

И сколько можем

Мы терпеть?

И разве каждый

Наш сынок

Родился, чтобы умереть?

Нельзя, неужто,

По-другому

Всё как-то разрешить,

Иначе?

Ах, сколько длиться горю злому,

Что мамы плачут, плачут,

Плачут?

Когда же вновь придёт

то время.

Когда обнимем мы

друг друга?

И, заключив в объятья смело,

Согреем, защитим от вьюги?

И чтобы эти бы объятия

Согрели нас

Лет так на двести!

Прошу,  живите дружно, братья!

Или нам плохо

Было вместе?

 

 

Романов Михаил Васильевич

с. Покровское

 

Кто-то должен

 

Погибшему земляку - десантнику

 

Сын у друга погиб. Стыла кровь в наших жилах.

Год душа за него не на месте.    

Яркий, любящий жизнь, десантурою жил он,

С первых дней в СВО, дважды в Сирии был он.

И - тяжёлые вести: «груз двести»...

Не дай Бог, эти тяжкие вести.

 

Оценён был в Рязани его дух строптивый,

Нрав крутой и умение драться.

Клич «Никто кроме нас» в подчинённых вложил он.

В схватке той насмерть шёл, и себя положил он

За всех нас, за десантное братство.

За страну, за десантное братство.

 

Горе смерти,.. И близкие загнаны в угол.

Свадьбу летом устроить хотели.

Не успел... осчастливить родителей внуком,

Чтоб облегчить их тяжесть потери.

 

Дай, ты, вынести им это горе, Всевышний!

Мама цинковый гроб обнимала,

И была не в себе, и не видела ближних,

Не кричала и не причитала.

 

Похоронные залпы бойцу прогремели.

Гроб - на фоне Российского флага.

И родителям глянуть в глаза мы не смели  -

Сыновья  наши живы, детей заимели...

А отец, ощущая бессилие в теле,

Сник от тяжкой беды, бедолага.

 

И извечно в России, не прячась в лощины,

Если Родину горем накрыло,

В войнах первыми  лучшие гибнут мужчины.

Вот и он лёг за Русь в пору тяжкой годины,

«Кто-то должен», - отцу говорил он.

«Кто-то должен», - отцу говорил он.

       

Это страшно, когда сыновей мы теряем.

Дай, Бог, выдержать груз этой доли...

Мы за смерть их нещадно врагов покараем,

Будем мстить им, от ярости, гнева сгорая,

Чтобы враг наш, от боли сознанье теряя,

Пожалел о доставленной боли.

 

Мы с тобою  должны победить в этой бойне.

Вариантов других просто нету.

Навалилась на нас вся Европа  гурьбою.

Но врага будем бить мы, и грызть в пекле боя.

За погибших сынов, за Победу.

За Отчизну, за нашу Победу!

 

 

Дядя Миша

 

По рассказу земляка, сапёра ВОВ

 

По жизни мужика не знаю тише,

Сапёром был, – трепаться не с руки.

Войну всю шёл, казалось, дядя Миша,

В ладони сжав гранату без чеки.

 

О том, что воевал, он нам - ни слова.

Подпив, разговорился как-то раз.

Сапёра вспомнил, друга фронтового,

Слезу смахнул - о нём повёл рассказ.

 

«В войну он стал за брата мне родного -

Меня он после боя у моста

Нашёл средь груды тел полуживого,

Он спас меня, стал март сорок второго

Моим вторым рождением тогда.

 

- Хоть кореш мой,- нескладной был породы,

Хотя стоял последним он в строю,             

В атаках первым был, любимец роты,

«На ты» со смертью был в любом бою…

 

…Мы с ним снимали сотни мин, и – нате!

Судьба взглянула злобно, свысока,

Уже он понял – «не пойдёт» взрыватель!

И видел я, как выпала чека!

 

Все напряглись. Шёл холодок по спинам.

Уже он слышал, как пошёл боёк.

Смертельное разжатие пружины

Никто остановить уже не мог.

 

Всё помню: те никчемные движенья,

Своё бессилье, бесполезный крик,

Я с дрожью ощущал от напряженья

В своих сведённых мышцах нервный тик!

 

Как с рыком лёг на мину он, и следом

Как шмякнуло меня взрывной волной

О стену, как от боли всё померкло...

Вовек я не смогу забыть об этом,

Ведь он тогда закрыл меня собой.

 

Замучил сон: мы с ним снимаем мину,

А он: «Дай лучше я!», а я: «Валяй...»

Зачем поддался... мучаюсь поныне.

Я должен был на той погибнуть  мине.

Помянем друга, тёзка, наливай»

 

 

Наш гость,

Таня Витязь

г. Белгород

 

Здесь каждый нам давно уже родной

 

Здесь каждый нам давно уже родной,

Тут нет чужих, неважных и ненаших,

Хранится в сердце каждый позывной

Друзей военных - самых настоящих.

 

Давно уже родные голоса

Рассказывают байки из окопа,

Как им живётся под землей в лесах,

И как достали птицы и укропы.

 

Как «весело» бывает по ночам,

Какие утром будят их раскаты,

И как порой бывает сгоряча

Начальство хочется послать подальше (матом).

 

Что деньги утекают, как вода -

УАЗик починить, купить резину,

Ещё и скинуться опять туда-сюда -

Бензин, детектор, стройка, магазины.

 

Но это всё - так, выпустить парок,

И дальше стойко тянут лямку службы.

У них там свой особенный мирок,

Там всё по правде - вера, жизнь и дружба.

 

Там всё по-честному, живут большой семьёй,

И делят вместе радости и горе,

Их дом теперь - окопы под землей.

И хватит точно на всю жизнь историй.

 

И там неважно, кем ты раньше был,

Чего достиг ты в прошлой «мирной» жизни,

Теперь опора - друг и крепкий тыл,

Честь, вера в Бога и любовь к Отчизне.

 

Так и идут - дорогами войны,

По вспаханным артой полям бескрайним,

Давно не зная ночью тишины,

Уснут, зарывшись с головой поглубже в спальник.

 

И каждый видит там о доме сны,

И слышит крики братьев в пекле боя,

И видит не вернувшихся с войны,

Кто без раздумий их прикрыл собою.

 

И каждый верит, что придёт домой,

Им в это очень нужно, важно верить!

Уставший, но здоровый и живой,

Замрёт на миг перед знакомой дверью.

 

Вдох-выдох, словно в прорубь с головой,

И даже сердце будет чаще биться.

Зайдёт домой. Здоровый и живой …

 

Пусть это с каждым поскорей случится!!!

11.06.2025