Полянский Евгений Николаевич

г. Таганрог

 

Лирические письма в стихах

1.

В окна глянет сиреневый вечер,

С неба – звёздный, серебряный свет.

Чуть дыша, в ожидании встречи,

Ты откроешь, волнуясь, конверт.

 

Повстречаешь в нём строчки признаний -

Пусть нескладны, но так горячи.

В них любовь нежной, трепетной ланью

Тихо в сердце твоё постучит

И расскажет, что рядышком где-то

Есть на свете чудак-человек.

Он так хочет дождаться ответа,    

Даже если и ждать - целый век!

 

2.

Серебристо-синие волны набегают

На песчаник берега там, где отдыхаю,

Тихо шепчут голосом грусти и печали:

“Помнишь, как с любимою тут вы отдыхали?

Помнишь ли волшебные встречи той мгновения:

Море, чайки, солнышко, пляж – уединение?”

 

Море расстилается предо мной безбрежно,

Мне навек запомнились теплота и нежность,

И слова волшебные, глаз влюблённых взгляды,

И объятья крепкие, вкус губной помады,

И желанья тайные, сердца откровение,

Море, чайки, солнышко, пляж - уединение.

 

3.

Ты узнать пожелала, как выглядит море?

Рассказать постараюсь в почтовом ответе:         

На серебряно-синем пасётся просторе

Стадо белых барашков, пастух у них - ветер,

А помощники - стаи крикливые чаек.

- Вот и всё.

Дальше так я тебе отвечаю:

Языковый запас беден мой, сожалею.

Я морской красоты описать не сумею.

Всё увидишь сама, если сможешь примчаться

В город южный ко мне, чтоб самой повстречаться,

И с волною, и с чайкой, и с шумом прибоя.

Станет ясно тебе: что же море такое?

 

4.

Спрятав солнце за плотною туч пеленой,

Как вчера, правят бал хляби неба…         

Славный друг мой, прогнав скукотищи конвой,

Вновь с тобою увидеться мне бы.

 

Как погода у вас, как там Барсик твой – плут,

Как вам нынче живётся обоим?

Я тетрадок уже исписал целый пуд

И на днях принялся за обои.

 

О балах и о танцах чудесный роман        

День который пытаюсь словами

 Изложить, словно классик, а не графоман.

Поделиться б достигнутым с вами!

 

Только встрече мешает дождя перезвон,

Он и Музу в мой дом не пускает.

Прерван снова роман, и обоев рулон

Сиротливо на полке скучает…

 

 

Конюхова Галина Ивановна

с. Покровское

 

***

Ну, что, июнь, давай, милок, прощаться!

Прошла твоя цветущая пора.

Второго завтра ожидаем братца,

Придёт не слышно ночью...

И с утра

Займётся умножением богатства!

 

Спасибо за цветы тебе, за фрукты,

За ягоду-клубнику шлём поклон.

Еще и не за сказанные пункты,

От всей души благодарим, пардон.

Летят стрелой последние минуты!

 

Промчались дни твои в одно мгновенье,

А напоследок чай давай попьём.

Ты подарил нам массу вдохновенья,

Куда ни глянешь, красота кругом!

Июньских рук натруженных творенья!

 

Каникулы у школьников проходят,

Скупился месяц что-то на тепло.

Давно ребятам хочется на воды,

Дней тридцать отдыха уже прошло,

А, хочется поплавать на свободе!

 

Июль расправит плечи на рассвете…

До новых встреч, дружок, в двадцать шестом!

Передавай сородичам приветы…

Сверкает молния, грохочет гром:

«Прощай, прощай до следующего лета!!!»

 

 

Как будто в божий рай открыла дверцу !!!

 

На ранней зорьке летом просыпаясь,

Я выхожу во двор свой, огород.

(Так поступают, кто в селе живёт -

Сажают, сеют устали не зная).

И, как дитя, наивно улыбаюсь:

Здесь рук твореньям нет конца и края!

 

Прекрасен новый день. Его рожденье

Спешит на землю в солнечных лучах,

И музыку в ручье играет Бах,

На струнах утра… Нежно, вдохновенно.

Пернатые чаруют душу пеньем,

Уходит тут же грусть моя мгновенно!

 

На грядках лук растёт, морковь, картошка,

Томаты, пастернак и огурцы,

И кабачки цуккини - молодцы,

Из под листвы глядят и на дорожку

Ползут

на толстых

и колючих, ножках.

Я, не спеша, срезаю понемножку!

 

Не только мне, всем, думаю, приятно

Срывать с кустов подросшие плоды.

Отрада и награда за труды!

Кто их растил, лелеял аккуратно…

А если урожая нет, досадно.

А почему? Без лишних слов понятно.

 

На радостях трепещет сладко сердце:

Немерено вложила здесь я сил.

Напашешься бывало - свет не мил.

Теперь на труд смотреть, не насмотреться,

И красотища рядом, по соседству,

Как будто в божий рай открыла дверцу !!!

 

 

***

У июля глаза голубые,

Волос - спелой пшеницы и ржи.

Дни его удивляют любые,

Согревают теплом нашу жизнь!

Вечера обнимают прохладой,

А, дожди для селян, как награда!

 

У июля умелые руки,

А к столу - урожая пуды.

Раздаются где стуки, где грюки:

- Люди, низкий поклон за труды!

Так и надо работать, трудиться,

Результатов чтоб громких добиться!

 

И улыбка июля, как солнце,

Нету счёта искристым лучам.

Хмурых дней у него - лишь на донце,

Долгим светом он гонит печаль!

И уймётся буян, лётчик - ветер,

Пойман будет в июльские сети!

А цикорий в степи, море будто,

У июля глаза - незабудки!!!

 

 

Сафронова Ольга Игоревна

г. Таганрог

 

***

Синие глаза июля -

В цвет полуденного неба

Рано утром распахнулись

Из рыжеющей травы.

 

Тяжкий грохот пыльных улиц

Рядом – будто бы и не был.

Тишиною захлебнулись,

Сев на краешек скамьи.

 

Синие глаза июля –

Близко середина лета.

Даже если мы забудем,

Нам цветы напомнят это.

 

 

Арент Елена Линусовна

г. Таганрог

 

Островок

 

– Смотри, какая причудливая резьба на фронтоне!

– И колонны высокие!.. – доносились с тротуара голоса прохожих.

Она любила этот красивый, огороженный чугунной решёткой, старинный особняк и свою уютную крохотную комнатку под самой его крышей. Любила этот город. Иногда он отпускал её...

Был самый разгар лета. Она отложила все дела, наскоро собралась и уже через час увлечённо смотрела сквозь вагонное стекло на скошенные поля, бегущие вдаль перелески и подпирающее небосклон степное раздолье. Ранняя электричка резво домчала её до тихого неприметного полустанка. Она спустилась с насыпи и бодро зашагала вдоль железнодорожного полотна.

Череда домиков сменилась широким простором и безлюдной просёлочной дорогой. Куда ни глянь, повсюду победно колосился рыжий от зноя ковыль. Лишь где-то вдалеке, то выныривая, то вновь пропадая среди пологих холмов, заманчиво серебрилась прерывистая полоска. Река! Её река!

Она родилась в этих краях в послевоенном июле. Их саманная мазанка ближе других стояла к отлогому берегу. Лето напролёт, веснушчатая загорелая девчонка, она с ватагой деревенской ребятни до одури плескалась на тёплом мелководье. Давно уж нет той деревушки...

"Да, жара! Может, напрямик?" – свернув с дороги на узкую, почти заросшую тропинку, она то и дело вглядывалась в извилистую линию горизонта. И вдруг, о, чудо! Оазис!

"Откуда он здесь, в выжженной солнцем степи? Мираж?!" – путешественница улыбнулась и подошла поближе. Из-за поржавевшей ограды на неё с надеждой смотрели раскидистые яблони! Скрипучая калитка поддалась неохотно.

Это был заброшенный участок, в чьи даже самые потаённые уголки, казалось, проникал вездесущий раскалённый воздух. Сухая растрескавшаяся земля, унылые коврики осота между изогнутыми стволами: оазис молил о пощаде!

В полуденной сини неподвижно скучало одно-единственное облако. Найдя под грудой прошлогодних листьев небольшое ведёрко, случайная гостья отправилась к излучине: зачерпнёт воды, донесёт бережно и снова на реку.

"Без помощника не напоить мне вас вдоволь! Столько дней ни дождинки!" – причитала горожанка. Кланяясь каждому деревцу, приговаривала: "Пейте, мои хорошие!"

Спину ломило, свинцовые руки и ноги гудели неведомым ранее гулом.

"Ещё неделя – и поспеют. Жаль, если собрать будет некому", – волновалась она, чуть приподнимая отяжелевшую ветку, сплошь облепленную полосатым шафраном. И снова перед глазами пронеслось далёкое детство: болезнь мамы, пугающий ночной поезд, увозящий её из родных мест, шумные незнакомые улицы и сиротский приют с доверчиво приникшим к нему маленьким садом...

Вот и вечер. От реки подуло свежестью. Облаков заметно прибавилось. Охристые, с розовым отливом, – они вереницей тянулись на запад.

"Разок всего окунуться успела. Ну, ничего, в следующий раз", – лёгкая досада быстро улетучилась.

"Пора", – уже знакомая тропинка уверенно повела её к просёлку.

"Островок-то задышал", – оглянулась она на прощанье.

Под ногами мягко запылило грунтовое шоссе. Впереди одиноким маяком робко мигал станционный фонарь.

Город встретил её бессонными рекламными огнями и восточным порывистым ветром. Пустой юркий трамвайчик добродушно высадил полуночную пассажирку у парадного подъезда.

А наутро в её окна барабанил дождь! И пахло яблоками...

 

 

Стукань Ирина Евгеньевна

с. Николаевка

 

Осколки лета

 

Осколки лета на ладони,

Остатки синевы бездонной,

Кусочки радости бездомной,

Всего того, что надо помнить,

Чем можно пустоту заполнить,

Чем можно твой портрет дополнить...

 

Осколки лета на ладони,

Остатки легкости влюбленной,

Кусочки жизни обновленной,

Всего того,что было томно,

Чем пахнет летний вечер тёмный,

В чем тайна глаз твоих огромных...

 

Осколки лета на ладони,

Всего,что нас звалО из дома,

Всего что было так знакомо,

Что осенью впадает в кому....

Осколки лета...что такого?

 

 

Малиновый июль

 

В малиновом июле утонули,

В лету канули...не рано ли?

Лучи ,что ожогами

Сердце проткнули,

Радость ли, раны ли?

Убиты ли были, сожжены ли,

Или лишь только ранены?

В малиновом июле ожИли,

Ягодами ранними...

Мягким соком налИты,

Эти комочки алые,

Неизведанные еще и не забытые,

Нежные, небывалые...

От прикосновений вздрагивали,

К теплу тянулись неистово,

В малиновом июле себя

Дарили бескорыстно нам,

Мы к ним пришли другими,

Уже, не смея загадывать,

В малиновом июле снова,

Себя этим чудом радовать....

 

 

Кондрашова Ирина Петровна

с. Николаевка

 

Летний закат

 

- Владик, я хочу тебе показать что-то удивительно прекрасное, но для этого надо выйти на улицу.

Надежда торопила восьмилетнего внука. Владик, с наслаждением уплетая бабулин ужин, спрятал за край тарелки кусочек котлетки, чтобы угостить рыжего кота Персика, но любопытство мальчишки взяло верх, и кот остался в одиночестве.

Увлекая за собой внука, Надежда вышла на середину тихой сельской улицы.

- Смотри, Владик, в сторону храма, скоро солнышко будет с нами прощаться. Успели. Слава Богу!

Стали ждать чуда. Вернее, благодати. Это были несколько драгоценных минут летнего закатного времени, когда солнце, медленно опускаясь за горизонт, наполняло мир тёплым светом.

Предчувствие чего-то необычного, радостно-торжественного, передалось от бабушки к внуку.

- Как же славно, что наш дом стоит на одной улице с храмом, - вдруг сказал Влад.

Надежда с умилением посмотрела на внука и подумала:

- Егоза, а сейчас и он прилежно присмирел.

Лёгкий ветерок разносил по округе ароматы петунии и душистого табака. Как по мановению палочки невидимого дирижера, смолк птичий гвалт в зарослях соседнего терновника. Ещё немного, и серо-голубая вуаль вечера опустится на село.

А вот и оно – долгожданное действо.

Пробиваясь сквозь плотную синь небосклона, закатные лучи, скользя по церковным маковкам, раскрашивали их в оранжевые, жёлтые, иногда с малиновыми проблесками, тона. И казалось, что на крыше храма горит благодатный огонь. Блики этого «пламени» отражались на кронах деревьев, на придорожной траве и кустах, в окнах соседних домов и на проезжающих мимо автомобилях.

- На это великолепие невозможно насмотреться, оно повторяется по вечерам из года в год, но всегда по-разному.

Надежда говорила тихо, словно боялась нарушить красоту происходящего.

- Чуть меняются оттенки, блики и время прощания солнца с храмом. Наверное, всё та же невидимая дирижёрская палочка матушки-природы вносит эти изменения.

Сгущались тучи над горизонтом, и между малиновыми и жёлтыми бликами вдруг появился глубокий сиренево-голубой цвет, цвет царской парчи.

- А вот если ветер усилит свои порывы, то узоры на парче становятся более яркими и блестящими. Особенно это станет заметным ранней осенью.

Рука Надежды ласково опустилась на вихрастую голову внука.

- Бабушка, я обязательно приеду к тебе на осенних каникулах, чтобы посмотреть, как солнышко целует купола храма, - радостно хлопал в ладони Владик.

- Конечно, милый. Возможно, будет другая погода, и ты увидишь другую цветовую гамму, но запомни: неизменным останется одно – Благодать. То, что мы чувствуем сейчас! Она всегда будет проникать в самое сердце, заполнять все уголочки души, давать силы на грядущий день. Дарить людям Веру, Надежду и Любовь.

Солнце скрылось за горизонт. Из подворотни выбрался обиженный кот Персик, требуя свою часть ужина. Влад вприпрыжку побежал навстречу любимцу.

А Надежда Викторовна подумала, что каждый закат приносит обещание нового рассвета.

 

 

Романов Михаил Васильевич

с. Покровское

 

Вечером

 

Блюзовые вечера мотивы

Ритмами сверчков легли на душу,

Любят липы наши молчаливо

Сумерки неклиновские слушать.

 

И люблю я вечером неспешно

К площади спускаться по аллее,

Хоть и вечер смолкнет неизбежно,

Новый день рассветом заалеет.

 

В синь речного вьющегося «уса»

После окунуться я иду,

У костра заката на мосту

Слушать лягушиный хор Миуса…

 

Скоро я пойду неторопливо,

Захмелев в оранжевой аллее

От вина осеннего разлива,

Об ушедшем лете не жалея.

 

Дочка обняла меня за плечи,

На душе моей тепло и свет.

Оттого, что мой потухнет вечер,

Знаю, не погаснет Белый Свет.

 

 

Чекис Татьяна Александровна

с. Николаевка

 

***

Посвежел после дождика сад,

Ароматный волнуется ветер.

Как прекрасен июльский закат,

И притихший, сиреневый вечер.

 

Непонятная, лёгкая грусть

Поселилась в душе и тревожит,

Время мчится безудержно, пусть-

Только лето люблю я

до дрожи.

 

Белоснежность люблю облаков,

И деревьев зелёные кроны,

Птиц причудливый шум голосов,

Мелодичные их перезвоны.

 

С поволокой туманной - рассвет,

И алмазную россыпь росинок,

Ничего восхитительней нет

Этих чудных, природных слезинок.

 

Улыбнусь я июлю светло:

Не спеши, задержись, если сможешь,

Так спокойно с тобой, и тепло.

Только лето люблю я до дрожи.