19 АВГУСТА – МЕЛЕХОВА ОЛЬГА НИКОЛАЕВНА

Вместе с нами поздравляют поэты:

 

Лисовский Георгий Ипполитович (Евгений Вадимов) - русский поэт, писатель, полковник, военно-судебный деятель. Участник Первой мировой войны, Белого движения на востоке России.

 

День Ольги

 

...Сегодня -- день Ольги... Сегодня -- за далью

По прежнему где-то сверкает река --

И где-то березы, с любовной печалью

Склоняются к водам... Бегут облака...

 

И где-то -- крестя благодатную землю

Уходят дороги в родные концы --

И сосны, и ели смолистые дремлют --

И весело-просто звенят бубенцы...

 

И где-то за днями, за цепью их длинной

Мне видится милая, чистая даль --

И слышу я чутко, как в старой гостиной

Под чьими-то пальцами стонет рояль...

 

И звуки надежды, и юности тайна --

И все, что вернуться не может назад, --

И сад при усадьбе, и кто-то, случайно --

Как будто случайно -- спустившийся в сад...

. . . . . . . . . . . . . . . .

А в доме с колоннами -- пир именинный

И запах клубники, и смех, и хрусталь

И песни Чайковского в старой гостиной

Его "баркаролла", его "Пастораль" --

 

И так, уходящий, хотел-бы поймать я

Все то, что вернуться не может назад --

День Ольги, и юность, и белое платье

Как будто случайно сходящее в сад...

 

 

Мережковский Дмитрий Сергеевич - русский писатель, поэт, литературный критик, переводчик, историк, религиозный философ, общественный деятель.

(родился 2 (14) августа 1865 года)

 

Волны

 

О если б жить, как вы живете, волны,

Свободные, бесстрастие храня,

И холодом, и вечным блеском полны!..

Не правда ль, вы - счастливее меня!

 

Не знаете, что счастье - ненадолго...

На вольную, холодную красу

Гляжу с тоской: всю жизнь любви и долга

Святую цепь покорно я несу.

 

Зачем ваш смех так радостен и молод?

Зачем я цепь тяжелую несу?

О, дайте мне невозмутимый холод

И вольный смех, и вечную красу!..

 

Смирение!.. Как трудно жить под игом,

Уйти бы к вам и с вами отдохнуть,

И лишь одним, одним упиться мигом,

Потом навек безропотно уснуть!..

 

Ни женщине, ни Богу, ни отчизне,

О, никому отчета не давать

И только жить для радости, для жизни

И в пене брызг на солнце умирать!..

 

Но нет во мне глубокого бесстрастья:

И родину, и Бога я люблю,

Люблю мою любовь, во имя счастья

Все горькое покорно я терплю.

 

Мне страшен долг, любовь моя тревожна.

Чтоб вольно жить - увы! я слишком слаб...

О, неужель свобода невозможна,

И человек до самой смерти - раб?

 

 

Бог

 

О Боже мой, благодарю

За то, что дал моим очам

Ты видеть мир, Твой вечный храм,

И ночь, и волны, и зарю...

Пускай мученья мне грозят,-

Благодарю за этот миг,

За все, что сердцем я постиг,

О чем мне звезды говорят...

Везде я чувствую, везде,

Тебя Господь,- в ночной тиши,

И в отдаленнейшей звезде,

И в глубине моей души.

Я Бога жаждал - и не знал;

Еще не верил, но любя,

Пока рассудком отрицал,-

Я сердцем чувствовал Тебя.

И Ты открылся мне: Ты - мир.

Ты - все. Ты - небо и вода,

Ты - голос бури, Ты - эфир,

Ты - мысль поэта, Ты - звезда...

Пока живу - Тебе молюсь,

Тебя люблю, дышу Тобой,

Когда умру - с Тобой сольюсь,

Как звезды с утренней зарей.

Хочу, чтоб жизнь моя была

Тебе немолчная хвала.

Тебя за полночь и зарю,

За жизнь и смерть - благодарю!..

 

 

Весеннее чувство

 

С улыбкою бесстрастия

   Ты жизнь благослови:

Не нужно нам для счастия

   Ни славы, ни любви,

 

Но почки благовонные

   Нужны,- и небеса,

И дымкой опушенные

   Прозрачные леса.

 

И пусть все будет молодо,

   И зыбь волны, порой,

Как трепетное золото,

   Сверкает чешуей.

 

Как в детстве, все невиданным

   Покажется тогда

И снова неожиданным -

   И небо, и вода,

 

Над первыми цветочками

   Жужжанье первых пчел,

И с клейкими листочками

   Березы тонкий ствол.

 

С младенчества любезное,

   Нам дорого - пойми -

Одно лишь бесполезное,

   Забытое людьми.

 

Вся мудрость в том, чтоб радостно

   Во славу Богу петь.

Равно да будет сладостно

   И жить, и умереть.

 

 

Вечер

     Посвящ. С. Я. Надсону

 

Говорят и блещут с вышины

Зарей рассыпанные розы

На бледной зелени березы,

На темном бархате сосны.

По красной глине с тощим мохом

Бреду я скользкою тропой;

Струится вечер надо мной

Благоуханным, теплым вздохом.

Поникнув, дремлют тростники;

Сверкает пенистой пучиной,

Разбито вдребезги плотиной

Стекло прозрачное реки.

Колосья зреющего хлеба

Глядят с обрыва на меня;

Там колья ветхого плетня

Чернеют на лазури неба...

Уж пламень меркнувшего дня

Бледней, торжественней и тише...

Он подымается все выше...

. . . . . . . . . . . . . . . .

Погибший день, ты был ничтожен

И пуст, и мелочно-тревожен;

За что ж на тихий твой конец

Самой природою возложен

Такой блистательный венец?

 

 

***

Если б капля водяная

   Думала, как ты,

В час урочный упадая

   С неба на цветы,

И она бы говорила:

"Не бессмысленная сила

   Управляет мной.

По моей свободной воле

Я на жаждущее поле

   Упаду росой!"

Но ничто во всей природе

Не мечтает о свободе,

   И судьбе слепой

Все покорно - влага, пламень,

Птицы, звери, мертвый камень;

   Только весь свой век

О неведомом тоскует

И на рабство негодует

   Гордый человек.

Но, увы! лишь те блаженны,

   Сердцем чисты те,

Кто беспечны и смиренны

   В детской простоте.

Нас, глупцов, природа любит,

И ласкает, и голубит,

   Мы без дум живем,

Без борьбы, послушны року,

Вниз по вечному потоку,

   Как цветы, плывем.

 

 

* * *

Ищи во мне не радости мгновенной.

Люби меня не для себя одной;

Как Беатриче образ вдохновенный,

Ты к небесам мне светлый путь открой.

Склонясь ко мне с пленительной заботой,

Ты повторяй: «Будь добрым для меня,

Иди в борьбу, и мысли, и работай,

Вперед, за мной,— я поведу тебя!»

И каждой ласке, каждому упреку

Заставь меня ты радостно внимать;

Как женщина, ревнуй меня к пороку

И береги, как любящая мать.

 

 

23 АВГУСТА – ЧЕКИС ТАТЬЯНА АЛЕКСАНДРОВНА

 

Ну, что, Танюшенька, на год ещё взрослее,

И многие  работы не под силу.

Зато с годами опытней, мудрее,

А, может, стала и стократ счастливей?

 

Два сына, доченька, сноха, внучата,

Живи и радуйся в любви, в заботе.

Трудилась от зари и до заката,

Не зря у деток ты  теперь в почёте!

 

Дорога жизни вьётся, словно змейка,

Петляет, заметая след порошей.

С тобою рядышком - твоя семейка,

Надежда и опора,  тыл хороший.

 

Добра, здоровья, счастья  и  успеха!

А вдохновения тебе не занимать.

В любви удачи, и побольше смеха,

Ты - бабушка любвеобильная и мать!!!

                        Конюхова Галина

 

 

Здравствуй, добрый друг Танюха!

Разреши поздравить с днюхой!

С днём, когда твоя душа

Опустилась подышать

На прекрасную планету,

Что Землёю - Мать зовётся...

Поздравляю с датой этой!

Пусть удача улыбнётся,

Солнечных побольше дней

В жизни будет пусть твоей!

Меньше слякоти и грязи...

Будет пусть разнообразен

Твой досУг, стихов мир светел,

А семья в приоритете!

                        Полянский Евгений

 

 

Ах, ты, Танечка-Танюшка!

Милая моя подружка.

С Днём рожденья

Поздравляю!

Счастья, радости

Желаю!

Чтобы в летние

Деньки

Пели песни

Соловьи!

Чтобы утром

на рассвете.

Были радостными

Дети.

А ты счастлива была,

Так прекрасна, весела.

Чтобы солнцу

Улыбалась!

Снова жизнью

Наслаждалась!!!

                        Кротова Ольга

 

 

Вместе с нами поздравляют:

 

Фатьянов Алексей Иванович - русский советский поэт, участник Великой Отечественной войны, автор многих популярных в 1940—1970-х годах песен.

 

***

Давай-ка, Танечка, на брёвнах посидим,

Поговорим, о жизни помечтаем,

Вот, знаешь, так, как вечером седым

Сидят за чашкой дружеского чая.

Чернеет снег. А вечером мороз

Проходит, забавляясь ветерками,

На всём — от звёзд до кончиков волос —

Голубоватым инеем сверкая.

И всё ж — весна! Я сразу узнаю

Её походку, голос и дыханье.

Пускай другой торопится на юг,

И у него пижама в чемодане…

А я от верб весенних не уйду.

Ведь если я пойду с разливом рек прощаться, —

Наверное, споткнусь и упаду —

Не суждено мне с ними разлучаться.

Любимый край! С прилётом журавлей

И с ветром, пробирающим до дрожи,

Ты для меня всех краше и милей,

Всех лучше, ласковей, дороже.

Нет! Я совсем не думаю про юг,

Средь сосен наших северных блуждая.

Как жаль, что в этом близком мне краю

Ты для меня, любимая, чужая.

 

 

Случевский Константин Константинович —  русский поэт, писатель, драматург, переводчик

Родился 26 июля (7 августа) 1837 года

 

* * *

Возьмите все - не пожалею!

Но одного не дам я взять -

Того, как счастлив был я с нею,

Начав любить, начав страдать!

 

Любви роскошные страницы -

Их дважды в жизни не прочесть,

Как стае странствующей птицы

На то же взморье не присесть.

 

Другие волны, нарождаясь,

Дадут отлив других теней,

И будет солнце, опускаясь,

На целый длинный год старей.

 

А птицам в сроки перелетов

Придется убыль понести,

Убавить путников со счетов

И растерять их по пути...

 

 

* * *

Воспоминанья вы убить хотите?!

Но — сокрушите помыслом скалу,

Дыханьем груди солнце загасите,

Огнем костра согрейте ночи мглу!..

 

Воспоминанья — вечные лампады,

Былой весны чарующий покров,

Страданий духа поздние награды,

Последний след когда-то милых снов.

 

На склоне лет живешь, годами согнут,

Одна лишь память светит на пути...

Но если вдруг воспоминанья дрогнут, —

Погаснет всё, и некуда идти...

 

Копилка жизни! Мелкие монеты!

Когда других монет не отыскать —

Они пригодны! Целые банкеты

Воспоминанья могут задавать.

 

Беда, беда, когда средь них найдется

Стыд иль пятно в свершившемся былом!

Оно к банкету скрытно проберется

И тенью Банко¹ сядет за столом.

 

 Банко — Персонаж трагедии Шекспира «Макбет», убитый Макбетом. Призрак Банко явился Макбету во время пира и занял его место за столом.

 

 

* * *

Мои мечты — что лес дремучий,

Вне климатических преград,

В нем — пальмы, ели, терн колючий,

Исландский мох и виноград.

 

Лес полн кикимор резвых шуток,

В нем леший вкривь и вкось ведет;

В нем есть все измененья суток

И годовой круговорот.

 

Но нет у них чередованья,

Законы путаются зря;

Вдруг в полдень — месяца мерцанье,

А в полночь — яркая заря!

 

 

* * *

Мой сад оградой обнесён;

В моем дому живут, не споря;

Сад весь к лазури обращен —

К лицу двух рек и лику моря.

 

Тут люди кротки и добры,

Живут без скучных пререканий;

Их мысли просты, нехитры,

В них нет нескромных пожеланий.

 

Весь мир, весь бесконечный мир —

Вне сада, вне его забора;

Там ценность золота — кумир,

Там столько крови и задора!

 

Здесь очень редко, иногда

Есть в жизни грустные странички:

Погибнет рыбка средь пруда,

В траве найдется тельце птички...

 

И ты в мой сад не приходи

С твоим озлобленным мышленьем,

Его покоя не буди

Обидным, гордым самомненьем.

 

У нас нет места для вражды!

Любовь, что этот сад взращала,

Чиста! Ей примеси чужды,

Она теплом не обнищала.

 

Она, незримая, лежит

В корнях деревьев, тьмой объята,

И ею вся листва шумит

В часы восхода и заката...

 

Нет! Приходи в мой сад скорей

С твоей отравленной душою;

Близ скромных, искренних людей

Ты приобщишься к их покою.

 

Отсюда мир, весь мир, изъят

И, полный злобы и задора,

Не смея ринуться в мой сад,

Глядит в него из-за забора...

 

 

* * *

Ты не гонись за рифмой своенравной

И за поэзией - нелепости оне:

Я их сравню с княгиней Ярославной,

С зарею плачущей на каменной стене.

 

Ведь умер князь, и стен не существует,

Да и княгини нет уже давным-давно;

А все как будто, бедная, тоскует,

И от нее не всё, не всё схоронено.

 

Но это вздор, обманное созданье!

Слова - не плоть... Из рифм одежд не ткать!

Слова бессильны дать существованье,

Как нет в них также сил на то, чтоб убивать...

 

Нельзя, нельзя... Однако преисправно

Заря затеплилась; смотрю, стоит стена;

На ней, я вижу, ходит Ярославна,

И плачет, бедная, без устали она.

 

Сгони ее! Довольно ей пророчить!

Уйми все песни, все! Вели им замолчать!

К чему они? Чтобы людей морочить

И нас, то здесь - то там, тревожить и смущать!

 

Смерть песне, смерть! Пускай не существует!

Вздор рифмы, вздор стихи! Нелепости оне!..

А Ярославна все-таки тоскует

В урочный час на каменной стене...

 

 

24 АВГУСТА – КОНЮХОВА ГАЛИНА ИВАНОВНА!

Отступать начала еле- еле

Беспощадная знойная сушь,

И в садах застучали капели

Опадающих яблок и груш.

Голосистый соловушка Курский

Залетел в Приазовскую степь,

Чтоб душевно, любовно, по русски

О родимой сторонушке петь.

Про беду, что над Курском нависла,

Про Азовскую вольную степь,

И другого не видит он смысла,

Чтобы только о Родине петь.

А соловушка этот- Галина,

И добра, и красива, умна,

Про любимый свой край соловьиный

И споёт и напишет сполна.

Дай же Бог и здоровья, и счастья,

И любви, и талантливых строк,

Стороной пусть обходят ненастья,

И поменьше житейских морок.

                        Чекис Татьяна

 

 

Вместе с нами поздравляют:

 

Ваншенкин Константин Яковлевич - советский и российский поэт, прозаик, критик, мемуарист

 

Галя

 

Ложится луч на желтую тропинку.

Огромен сад. Деревьев много в нем.

Но Галя видит каждую травинку

И стеклышко, горящее огнем.

 

Вот паутина легкая повисла,

Летит, кружась, листок над головой.

И полон удивительного смысла

Весь этот мир, огромный и живой.

 

Она глядит доверчиво и просто

На толстого мохнатого шмеля.

Она такого маленького роста,

Что рядом с ней находится земля.

 

И то, что нам обычно недоступно:

Веселые жучки да муравьи,-

Все для нее отчетливо и крупно,

Достойно восхищенья и любви.

 

Ей в этом мире многое в новинку:

И пенье птиц, и зайчик на стекле…

А я запомнил каждую травинку,

Когда лежал с винтовкой на земле.

 

Вокруг поля, и далеко до дому,

И не шмели, а пули у виска.

Но, знать, не зря солдату молодому

В тот давний год земля была близка.

 

 

Казин Василий Васильевич - русский советский поэт, редактор

Родился 25 июля (6 августа) 1898 года

 

* * *

Вот опять я встретился с тобою,

Городской — с тобою, полевой,

Словно василькового тропою

Пробежал трамвай по мостовой.

 

Ах, какая благостная доля —

Лишь одной походкой воскрешать!

Ты идешь — и запахами поля

Тротуары начали дышать.

 

Ты идешь — и вот опять дымится

Сладкой зеленью твой каждый шаг..,

Ты уйдешь,— и мне опять томиться

Полевым виденьем в этажах.

 

 

Гармонист

 

Было тихо. Было видно дворнику,

Как улегся ветер под забор

И позевывал... И вдруг с гармоникой

Гармонист вошел во двор.

 

Вскинул на плечо ремень гармоники

И, рассыпав сердце по ладам,

 

Грянул - и на подоконниках

Все цветы поплыли по лугам.

 

Закачались здания кирпичные,

Далью, далью опьянясь,

Ягодами земляничными

Стала сладко бредить грязь.

 

Высыпал народ на подоконники -

И помчался каждый, бодр и бос,

Под трезвонами гармоники

По студеному раздолью рос.

 

Почтальон пришел и, зачарованный,

Пробежав глазами адреса,

Увидал, что письма адресованы

Только нивам да лесам.

 

 

Поезд

 

Вот уж сколько времени

Мчусь я этим поездом!

Он еще стремительней,

Видно, мчаться рад,

Пестрым, легким, солнечным,

Быстролетным поясом

Все леса, поляны

Унося назад.

 

Только я поляну

Хватким глазом сцапаю,

А она уж — на тебе!—

Выпорхнет другой;

Вон сосенка с бодростью

Мне махнула лапою:

Дескать, до свиданья,

До свиданья, дорогой!

 

Вон рванулось озеро,

Скрывшись за осинами.

Чуть не со слезой оно

С глаза сорвалось,

Вспыхнув неожиданно

Крыльями гусиными,—

Это, видно, с озером

Детство пронеслось.

 

Словно, чтоб отдать мне

Хоть росинку юности,

Бросился вдогонку

С горки паренек,

Но и он, в бессилье

Стихнув, пригорюнившись,

Вдруг погас, как спички

Сбитый огонек.

 

Солнца луч, все пасмурней

По вагону шарящий,

Золотой мой, ласковый,

Ты хоть удержись!

Эх, да вы, друзья мои,

Милые товарищи,

Это убегает,

Убегает жизнь...

 

 

* * *

Давно такого не было лентяя,

Такого солнца! Желтый лежебок!..

Подумайте: до самого до мая

Замешкать, задержать снежок!

 

И лишь один протеплен переулок,

Где так душисто дымится грунтозем,

Как будто бы, не потушив, с огнем

Тут солнце бросило окурок.

 

 

* * *

Не могу держать спокойно плечи,

Мимо ветхих зданий проходя.

Слышу скорбный шепот человечий

И тревогу каждого гвоздя.

 

Слышу зыбь глухого распаденья

И знакомый обморочный тлен,

И трудолюбивые виденья

Расщепляют плоть ущербных стен.

 

Осыпая пыль, взрывая звуки,

То скребя, то каменно стуча,

Шевелятся, лезут, рвутся руки

Сквозь рябую старость кирпича.

 

И шумит горячее дыханье,

И, вскипая, бьет прибоем пот,

Кирпичи расходятся,— и вот

Пред глазами каменное зданье

Тьмой рабочих обликов встает:

 

«Мы давно зарыты все в могиле,

Но ушли с земли не без следа,—

Мы себя тугим огнем труда

В стройный облик зданья воплотили,

Зданьем жили долгие года.

 

Жизнь неслась, как прежде, перед нами,

Мы могли о прошлом не тужить,—

Крепкими, большими этажами

Были рады жизни мы служить.

 

Но теперь мы снова пред могилой...

Время так и точит зданье вспять,

Время так и хочет дикой силой

Плоть камней и плоть людей разъять.

 

Время и дождем и ветром точит...

Стал со стен срываться смертный бред,—

Налетит на стены ветер ночи,

И, в стенах качаясь, забормочет

Смертным бредом твой сосед».

 

Слышу скорбь родной рабочей речи,

И как будто с ветра иль с дождя

Я и сам качаюсь, вдаль бредя...

Не могу держать спокойно плечи,

Мимо ветхих зданий проходя.

 

 

25 АВГУСТА – ПАРА ЕЛЕНА ПАВЛОВНА

Вместе с нами поздравляют:

 

Бальмонт Константин Дмитриевич - русский поэт-символист, переводчик и эссеист, один из виднейших представителей русской поэзии Серебряного века.

 

К Елене

 

О Елена, Елена, Елена,

Как виденье, явись мне скорей.

Ты бледна и прекрасна, как пена

Озаренных луною морей.

 

Ты мечтою открыта для света,

Ты душою открыта для тьмы.

Ты навеки свободное лето,

Никогда не узнаешь зимы.

 

Ты для мрака открыта душою,

И во тьме ты мерцаешь, как свет.

И, прозрев, я навеки с тобою,

Я — твой раб, я — твой брат — и поэт.

 

Ты сумела сказать мне без речи:

С красотою красиво живи,

Полюби эту грудь, эти плечи,

Но, любя, полюби без любви.

 

Ты сумела сказать мне без слова:

Я свободна, я вечно одна,

Как роптание моря ночного,

Как на небе вечернем луна.

 

Ты правдива, хотя ты измена,

Ты и смерть, ты и жизнь кораблей.

О Елена, Елена, Елена,

Ты красивая пена морей.

 

 

Озеров Лев Адольфович - русский советский поэт и переводчик, критик, литературовед

(родился 10( 23 августа) 1914г.)

 

***

Поэзия — горячий цех,

В котором есть огонь для тех,

Кто ночью и при свете дня

Прожить не может без огня.

Пусть слабодушные уйдут,

Их обиталище не тут.

Пускай покинет нас делец:

Огонь — не золотой телец.

За слабодушным и дельцом

Ленивец пусть уйдет с глупцом.

Здесь ненадежен их успех:

Поэзия — горячий цех.

 

 

***

Серости на белом свете нет,

Серость — это ваше нерадение,

Невнимание, усталость лет,

Ваше настроение осеннее.

 

Где для вас невнятное пятно,—

Для меня цветут долины маково.

Все едино, но не все одно,

Все едино, но не одинаково.

 

 

***

Люблю старинные ремесла,

Когда в поселке над рекой

Один — выстругивает весла,

Вытачивает руль — другой.

 

А третий — поднимает парус,

И вот они плывут втроем,

И, пенясь, отступает ярость

Перед уменьем и трудом.

 

 

***

Любовь ответственна. А если не она,

То что ж ответственно на этом свете:

Призванье? Долг? Работа? Дружба? Дети?

Нет, все они, соединясь, сполна

Ушли в нее, как в море, без остатка,

Они любовью все поглощены,

Они невыразительно-бледны

Без любящего сердца и сильны

Его ревнивой силой. Молвить кратко:

Все, что со мной, и все, что не со мной,

Любовь в себя вбирает непреложно,

А потому и нежно и тревожно

Ответствует бедой, или виной,

Или возмездьем на мои деянья.

Ответственность ее так велика,

Что ни судьба, ни служба, ни строка

Не обойдутся без ее вниманья.

 

 

Ночной сад

1

Как ребенок в полной ванне —

Сад в воде стоит по горло.

У него дыханье сперло,

Как у нас при расставанье

С матерью. А небо серо

И разодрано на клочья.

Что ты будешь делать ночью,

Сад, задумчивый не в меру?

Будешь, всхлипывая, слушать

Как, сверкая, до рассвета

Капли улетают с веток,

А кругом — светлей и глуше.

2

Доброй ночи, милый друг,

За окном — ни души,

Только лужи, только луг,

Только липы — хороши.

Воздух терпкий и густой

Сложен из медовых плит,-

Если упадет листок —

До земли не долетит.

В яхонтах, в брильянтах сад —

То ли капельки висят,

То ль кристаллы в воздухе,

То ль мигают звезды.

В сад распахнуто окно,

Усыпительно темно,

Тишина звенит, стрекочет:

Доброй ночи!

 

 

26 АВГУСТА – ДУБИНА ЛИДИЯ ГРИГОРЬЕВНА

 

Вместе с нами поздравляют:

 

Огарев Николай Платонович - русский поэт, публицист, сторонник утопического социализма, ближайший друг Александра Герцена

 

К Лидии

 

Когда ты, грустная, слезу стерев с ресницы,

Задумчиво глядишь на прошлый путь,

Не видишь в будущем ни проблеска зарницы

И ищешь день убить бы как-нибудь:

Ведь я сочувствую тебе, и мне обидно,

Что жить тебе так страшно тяжело,

А между тем, мой друг, и самому мне стыдно,

Насколько жить мне вольно и светло!

Печален я теперь; но вдруг шипучей влагой

Иль улицы движеньем увлечён,

Я полон становлюсь разгульною отвагой

И в эту жизнь младенчески влюблён.

 

Фиксин Сергей Андреевич —  русский советский поэт и переводчик

Родился 2 (15) августа 1907 года

 

Из года в год

 

Из года в год

Для каждого из нас

Весна приходит

Словно в первый раз.

 

И ветра потеплевшего разведка,

И чуть лиловый сумрак по утрам,

И под росой согнувшаяся ветка –

Волнует нас и открывает нам

Зелёный мир во всём его величье,

В его особой радости земной,

Как лёгкий дождь,

Как ранний щебет птичий,

Как детский смех,

Как вздох любви самой.

 

Из года в год

Для каждого из нас

Весна приходит

Словно в первый раз.

 

Кого из нас она теплом не грела,

Каких надежд она не берегла!

Над кем она ветвями не шумела,

Когда такой же юною была!

 

Бывало, к нам в окопы заходила,

Свои цветы со всех лугов несла,

И злую зиму с нами победила

Девятого весеннего числа.

 

И всё равно –

Для каждого из нас

Она приходит

Словно в первый раз.

1957

 

 

Что скажет почта полевая

 

Пришло из части письмецо

В смоленский край, в родную хату.

Жена выходит на крыльцо,

Слезает с печи мать солдата.

 

А письмоносец-старичок

Кряхтит и медлит, как нарочно:

Мол, не спешите, дайте срок,

Раз я пришёл, пришла и почта.

 

Но треугольник раскрывая,

Никто не может угадать,

Что скажет почта полевая

Пятнадцать тысяч триста пять.

 

Быть может, счастье в этот дом

Принёс он в маленьком конверте,

А может быть, чернеет в нём

Одна строка – и та о смерти.

 

Нет – улыбается жена,

Присели все, читают вместе.

Такая в хате тишина,

Что трудно верить доброй вести.

 

Невестка, подмигнув свекрови,

Спешит в заветный угол свой

И достаёт с краями вровень

Кувшин вишнёвки молодой.

 

Все пью за выпавшее счастье,

За успокоенную мать

И за бойца далёкой части

Пятнадцать тысяч триста пять.

1944

 

 

 

Мать

 

Тает снег

У солдатской могилы крутой,

Чуть колышет весна

Зажелтевшие вербные почки…

 

А в далёком селе

Каждый вечер кривою тропой

Ходит старая мать

До крыльца пересветовской почты.

 

Раздобудет газету,

Поправит хромые очки

И под медленный шум

Заоконного вешнего сада

 

Как молитву читает

Те места – от строки до строки –

Где героям войны

Обозначена честь и награда.

 

Сколько смелых людей,

Сколько славных имён перед ней!

Только правды о нём,

Страшной правды родная не знает…

 

И целует, целует

Неизвестных, чужих сыновей,

И на память себе

Фотографии их вырезает.

 

Пусть не гаснет огонь

Материнской надежды святой,

Подождём говорить,

Нас никто не осудит за это…

 

Тает снег

У солдатской могилы крутой,

Бьётся ветер степной

О венки прошлогоднего лета…

1944

 

 

Ливень

                                           Н.Н.Ушакову

Вот капля первая упала –

И в темень сада грянул гром.

Недаром и волна стонала

За вечереющим окном.

 

Ручьистые мерцают стёкла,

Стреляют звонко лопухи.

И был похож тот ливень тёплый

На наши русские стихи.

 

Но – час, другой –

Дождя – как не было.

И я неодолимо рад,

Что ветер вызвездил полнеба

И освежил затихший сад;

 

Что завтра снова в путь-дорогу,

Что два билета на столе…

 

Как хорошо, что всё же много

Таких мгновений на земле!

1961

 

 

Мой помощник

 

Как провинившийся ребёнок

И осуждённый за каприз,

Прильнул ко мне на подоконник

Родной берёзы жёлтый лист.

 

Он дружно жил со мной всё лето,

Он помогал мне, как умел,

Он вместе с ветром до рассвета

Над каждой строчкой шелестел.

 

Он открывал мне силу слова,

Он прерывал нытьё и крик,

Учил от лоска неземного

Оберегать родной язык.

 

Нет, я впущу его, беднягу,

Я распахну ему окно –

И пусть он ляжет на бумагу

С заветным словом заодно.

1968

 

 

* * *

Одни, как о редкостном сплаве,

Болеют о деньгах и славе,

Другие – о сытном куске.

А третьи – восторженно строят

Хоромы на зыбком песке.

 

А всё же превыше на свете

Нет счастья, чем в трудном пути

Надёжного спутника встретить,

Открытую душу найти.

 

 

* * *

Друг другу

Счастья пожелать –

Ещё не есть предел вниманья,

Здесь мало одного желанья –

Ты помоги счастливым стать!