Ковылин Михаил Ильич

с. Новобессергеневка

 

Забытый праздник Октября

 

Кипел октябрь свинцовыми дождями,

И в Зимнем отступали юнкера,

Рабочий поднимал, как пламя, - знамя,

Для временных закончилась пора.

Волна низов верхушку сокрушила,

И разносилась быстро весть по свету –

В России революция свершилась,

В России победила власть Советов.

 

Всё! Старый мир насилия разрушен,

И новый мир ждал где-то впереди…

История ликующие души

Как будто вырывала из груди.

Низвергнута буржуйская порода –

К свободе долгожданной путь короче,

Теперь принадлежит вся власть народу,

Земля – крестьянам, фабрики – рабочим.

 

И… общество раскалывая на два,

Гражданская на смерть народ вела…

Своя, судьбой испытанная, правда

У каждого из тех людей была.

Ну, кто своё богатство сдаст без боя?!

И кто без боя власть отдать готовый?!

Самодержавье русским матом кроя,

Кто был ничем, тот сбрасывал оковы.

…………………………………………

Давно забыт октябрьский залп «Авроры»,

Стирает время праздник прошлых лет,

Но до сих пор в стране не стихли споры,

В тех спорах до сих пор согласья нет.

Россиюшка, родная, стань счастливой,

Любимою страной для всех народов,

Где царствуют любовь и справедливость,

Где правят братство, равенство, свобода!

 

 

Прости, земля

 

Прости, земля, пропитанная кровью,

Прости, земля, кормящая людей,

Прости нас материнскою любовью,

Прости своих жестоких сыновей.

Стоящая у жизненных истоков,

Дающая возможность для труда,

Ты вразуми, не наказав жестоко,

И научи добро творить всегда.

Хранишь в себе веками с болью гневной

Безвинно уничтоженных во зле,

С тех давних пор, когда Адам и Ева

Свершили первый грех свой на земле.

Людская боль твои сжигает силы,

От нелюбви черствеет образ твой,

Прости, земля, и стань ещё красивей,

Поверить дай в спасенье красотой.

 

 

Соломощук Максим Михайлович

с. Куйбышево

 

***

Люблю я вдоволь иногда

Воды колодезной напиться,

Устами жадно припадать

К ведру, что каплями искрится.

 

Люблю я струйку родника,

Он наполняет новой силой,

И вмиг слетают с языка

Слова любви к моей России.

 

 

Конюхова Галина Ивановна

с. Покровское

 

Маршрут

 

1

Я не на шутку загрустила,

Услышав в небе крики птиц.

И память голову вскружила,

Представила картину лиц.

 

С которыми росла, училась.

Отец и мама - свет в окне.

Со всеми с ними разлучилась,

Когда семнадцать было мне!

 

Мелькали дни, летели годы,

Я стала мамочкой сама.

Шли мимо беды и невзгоды,

И пополнялись закрома!

 

Чужая даль родимой стала

Почти за сорок восемь лет.

В ней ленточкой атласной, алой,

Оставлю на земле свой след!

 

Но снова позвала дорога,

В края осин, берёз, дубов,

Где я без грусти, без тревоги

Узнала первую любовь!

 

Где отчий дом, отца могила

Домой меня годами ждут.

Зов крови придаёт мне силы

Нелёгкий одолеть маршрут!

 

2

Дорога гладкая, машина катится,

Нагие деревца,

Где ваши платьица?

Обнажены совсем.

Что осень сделала?

Пронзают вас ветра, как будто стрелами.

 

Порой дожди секут нещадно струями,

А вражья сила - рать, стреляет пулями.

Угодно Богу так,

Роптать не смеете,

Придёт весна, тепло зазеленеете!;

 

Дорога долгая,

Упал седой туман,

Свинцовым маревом, на землю, как дурман,

Окутал дальний путь завесой серою,

Читаю "Отче наш", молюсь и верую!

 

Путь вьётся змейкою,

Как вор крадётся ночь.

Края родимые!

Сомненья гоним прочь!

Посты военные остались позади,

Осталось малое, во Льгове дом найти!

 

Заветный близок час,

Судьба - кудесница

Ещё позволила

Нам с Зоей встретится!

Двенадцать на часах,

Темно хоть в глаз коли.

А, в доме свет горит,

Ура! При - е -ха - ли!!!

 

3.

Осыпались листья с кустов и с деревьев,

Затянуто небо, как будто рядниной.

Лечу, как на крыльях, в родную деревню,

Там дом наш поныне стоит сиротиной.

 

В нем нету былого тепла и уюта,

Окошки печально глядят на дорогу.

Быть может, зайдёт человек бесприютный,

Поправит ступеньки, крыльцо у порога.

 

Поправит разбитую русскую печку

( Насильно металл из неё вырвал кто то).

И жизнь закипит, как вода в бурной речке,

В извечной любви, в суете и заботе!

 

Надежда растаяла снегом весенним:

В заброшенный угол никто не приходит.

Не те времена, и не тот современник

Трудиться в селе, да сажать огороды!

 

Хозяева новые бросили хату,

Уехали люди. Куда? Неизвестно.

В прописке и только нуждались ребята,

С тех пор там один домовой бессловесный.

 

Не рушатся стены дубовые, верят,

Однажды придёт человек работящий!

Откроет скрипучие, старые двери,

Покой в этом доме найдёт настоящий!!!

 

4

Родная сердцу Николаевка моя,

На ней мы детворой резвились днями.

Влюблялись мило лунными ночами

Порою юною под трели соловья!

 

Тогда казалось мне, что краше нет нигде,

На свете улиц красивей, угодий,

Где исполнялись тысячи рапсодий,

И нет добрее и радушнее людей!

 

Любимый, отчий мой, гостеприимный дом,

Для всех твои открыты были двери.

Теперь пустой... Я не могу поверить,

Мне очень больно это видеть, в горле ком.

 

Теперь на улице родимой блок посты,

Дороги БТРами разбиты.

В землянках на лугу, в густых ракитах,

Живут солдаты, под охраною мосты!

 

Ни в лес, ни к речке не проехать, не пройти,

Военные ребята в маск-палатках,

Стоят в тылу на страже, для порядка,

В связи с войною перерыты все пути.

 

Но теплится надежда у меня в груди,

Что сбросит улица моя оковы грусти,

Услышит Бог молитву, просьбу русских.

Сомненья в сторону, Победа впереди!!!

 

 

Карабашлыков Павел

с. Куйбышево

 

За нами - Победа

 

1.

Мечты разорвало нам чёрной звездою,

И трепетный мир вновь пылает в огне.

Контуженный город скорбит тишиною,

С бедою остались мы наедине

 

У наших врагов все повадки разбойны

И гниль от фанатов порочных идей.

Жестокость ведёт их на новую бойню,

А нас - вера в Бога и мальчик старлей.

 

Припев:

За нами – Победа, а сила - в единстве,

Традиции предков нам греют сердца.

За нами – Победа, а сила - в единстве

Восставшее зло разобьём до конца

           

Глас правды, молитвою в небе раскинься,

Ответственность мы принимаем всерьёз.

За нами – Победа, а сила - в единстве

Ведь так испокон на Руси повелось!

 

2.

Мечты поменялись, и с новой звездою

Здесь каждый день битва за мирную жизнь,

С бессмертием в схватках, с тяжёлой ценою -

В такую эпоху мы, брат, родились.

 

Бридж:

Война затянулась меж светом и тьмою

Второе дыханье, и вот прилив сил.

И вновь в голове отразится строкою:

"Господь наш над нами и всё нам простил"

 

 

Кротова Ольга Леонидовна

с. Покровское

 

Врач показал мне фото:

Руины, страшное место.

Жил здесь когда-то

Кто-то,

И стало всё неизвестно.

Дом был с трубою,

И сад

Был с каждым увидеться рад.

Встречались, дружили, гуляли

И никому не мешали.

У всех работа и семьи

Но настало жуткое

Время.

В руинах-могилах дома.

Началась кутерьма.

Пришли хозяева

Жизни,

И всё принялись

Крушить,

Чтобы для их

Отчизны

Все мы начали

Жить.

Нет, не случится

Этого никогда!

Мы ведь этого

Не допустим!

 

Не допустим,

Чтобы пришла

Беда.

 

 

Кравченко Елена Алексеевна

г. Матвеев Курган

 

Вспышка. Взрыв и пустота…

И жизнь уходит навсегда.

Не торопись, мой смертный час,

Нельзя мне умирать сейчас.

 

Ведь я супруге не успел сказать,

Что лучшая она жена и мать,

Я не успел сказать: «Прости,

Прости, любимая, и отпусти».

 

И с сыном я не попрощался:

«Прости, родной, за жизнь не удержался,

Свою семью тебе могу лишь доверять,

А я вас с неба буду всех оберегать».

 

Ах, мама, мамочка моя,

Тебе давно уже не больно.

Мы скоро встретимся,

Спешу к тебе,

Ну, чем ты недовольна?

 

Душа, прозрачна и чиста,

Летит, летит за облака…

Я стану самой яркою звездой –

Любуйтесь каждый вечер мной.

 

И каплей утренней росы

Я упаду вам всем на плечи,

Чтоб никогда не забывали вы

И СВО, и мой последний летнийвечер.

 

 

Ковтун Сергей Викторович

х. Герасимовка

 

***

Нас война приняла, как в родные пенаты,

Уходили мы в бой, как уходят пираты.

Без имен, без погон и без знаков различья,

Уходили туда, где всегда отменялись приличья.

Всё потом: ордена, званья, почести, слава,

А тогда был удар и земля, словно лава.

Но природа, как мать,

приняла наше бренное тело.

Не дала нас "костлявой" забрать,

Боль смогло заглушить только новое дело.

 

 

Дубина Лидия Григорьевна

с. Покровское

 

Святые имена Пётр и Павел

 

Лето. Церковью отмечаются все великие православные праздники. 12 июля - День святых первоверховных апостолов Петра и Павла.

Вот в такой день в большой крестьянской семье в 1904 году 12 июля родился мальчик, назвали Павлом. Это мой дедушка. В этом году ему бы исполнилось 119 лет. А бабушку звали Антониной.

Дедушку Павла и бабушку Антонину, которым тогда было по 47 лет, я запомнила в мои три года.

С мамой и отцом мы жили в однокомнатной квартире в 2-х этажном доме. Отец после войны часто болел – сильная контузия, головные боли, и я больше находилась у дедушки с бабушкой, а у них были ещё две дочки, они ходили в школу. Конечно, мне все уделяли соответствующее внимание, но больше всех я любила дедушку, называла его просто «деда». Я не засыпала, пока не перецелую всех, а деда не расскажет сказку.

Одна сказка, как он лазил на небо, была обязательная. Я внимательно слушала, лежа с ним на кровати на одной подушке, как он брал верёвку и закидывал её на небо, а потом по ней подымался. Вдруг, верёвка заканчивалась, и деда всегда говорит: «Я снизу отрежу, а вверху добавлю, так и доберусь до звёзд». Я сначала молчу, потом громко смеюсь: «Ты меня обманываешь! А как ты потом будешь с неба слезать?» Это повторялось постоянно.

Днём дедушка приезжал на обед на двухместной «бедарке», запряжённой лошадью. Меня он обязательно брал на ней покататься. А бабушка идёт следом, чтобы меня забрать и вернуться домой. Такие были у меня капризы.

Когда отец возвращался из больницы, обязательно приходил к тестю - им, фронтовикам, было о чём поговорить. А мои тётушки учили по вечерам уроки, и мой папа моей тёте Вале, которой было 9 лет, говорил:

- Учись, Валентина, хорошо, а то, неграмотная, будешь быкам хвосты крутить.

Моя тётя Валя начинала плакать:

- Я до хвостов не достану, я маленькая.

Присутствующие смеялись, а я ей сочувствовала, я ведь тоже маленькая.

Это происходило в Мартыновской МТС, где я родилась, а дедушка был агрономом.

Потом мы переехали на мельницу, куда дедушку назначили заведующим. Жареные семечки (из них делали подсолнечное масло) были лучше конфет-подушечек, других мы не знали. Запах подсолнечного хорошего масла расходился далеко.

По праздникам к дедушке приходили знакомые мужчины. Они усаживались за стол, выпивали, закусывали. Были шумные разговоры, фронтовые воспоминания. А потом – песни под гармошку. Вот тогда я усаживалась дедушке на колени и пела вместе с ними и «Огонёк», и «А помирать нам рановато…»

Я подпевала «Есть у нас ещё дома адела». Смысла я не понимала, для меня «дома адела» было одним словом. «Где же вы теперь, друзья-однополчане…» - конечно, я не могла запомнить и понять все слова, но мелодию я запомнила.

В 1954 году дедушка с бабушкой жили уже в Большой Мартыновке, построив небольшой из самана дом, я ещё принимала участие в его строительстве, глину месила в замесе ногами вместе со взрослыми женщинами. А в 1955 году пошла в первый класс. Закончив школу, училась дальше в строительном техникуме в г. Новочеркасск, вышла замуж за однокурсника. Дедушку с бабушкой навещала, но не так часто, у меня уже была дочь Лена и сынок Павлик, которого я назвала в честь дедушки. Деда я по-прежнему любила и очень скучала. Дедушка писал письма, я с ответом задерживалась, а в письмах было «Где же вы теперь, друзья-однополчане, почему молчите, не отвечаете?» Было очень стыдно.

Летом, когда Павлику было полгода, я поехала к родственникам: к маме, тётям, к дедушке с бабушкой. Дедушка уже болел, но правнука-тёзку на руках подержал. Разговаривая с бабушкой о болезни моего дорогого и любимого дедушки Павла, я горько плакала, для меня это была большая беда, невосполнимая утрата. В декабре его не стало. Прожил 73 года, пережив все лишения, уготованные судьбой. Был председателем колхоза, отсидел срок за выданный мешок картофеля голодающим колхозникам. Началась война, он был участником боевых действий, дошёл до Берлина, получил ордена Боевой Славы. Всю жизнь был скромным, честным, с доброй душой.

Бывая в родных местах, всегда погружаюсь в воспоминания о тех счастливых и беззаботных днях, они навсегда останутся в сердце.

А спустя годы, ушёл из жизни его правнук Павел. После последней чеченской войны, участником которой он был. У него остался сын Егор, мой внук. Вот так мужчины моей семьи: дед, отец и сын были не просто отцами, но, самое главное – защитниками нашей Родины!

 

 

Морозова Альбина Георгиевна

с. Троицкое

 

Боевой путь Якова Корниенко

 

Корниенко Яков Федорович в наступательном бою за деревню Мшана проявил себя смелым и мужественным офицером. Умело руководил боем роты. Личным примером храбрости увлекал бойцов роты на разгром врага. Когда противник контратаковал подразделения полка, рота под командованием тов. Корниенко дралась с противником мужественно и дерзко. Тов. Корниенко в этом бою убил лично семь фашистов. За умелое и мужественное командование ротой в боях против немецких захватчиков тов. Корниенко достоин правительственной награды - ордена Отечественной войны первой степени посмертно», - записано в наградном листе.

Когда в 2011-2014 годах я прорабатывала список жителей села Беглицкая Коса, не вернувшихся с фронтов Великой Отечественной войны, информации о нём было очень мало. Известно, что Корниенко Яков Федорович родился в селе Беглицкая Коса в 1918 году. Призван Таганрогским РВК. Политрук, командир стрелковой роты 332 СП 241 СД. Убит 15.07.1944 года. Похоронен: Укр. ССР, Тернопольская область, Зборовский район, с. Богдановка.

То обстоятельство, что боец за наступательный бой был награжден высокой правительственной наградой, не давало мне покоя. Надо было узнать как можно больше о боевом пути и последнем бое воина.

Кроме информации о награждении открылось еще несколько документов, в том числе учетно-послужная карточка (УПК) и «Журнал боевых действий 241 СД». Но этих документов не хватало, чтобы выстроить в непрерывную цепочку боевой путь земляка.

Яков Корниенко окончил Беглицкую семилетнюю школу в 1933 году. Служащий, торговый работник, был призван в ряды Красной армии в октябре 1938 года. Окончил военно-политическое училище в 1940 году. Приказом наркома Обороны ему было присвоено воинское звание - политрук. Его военная должность - политрук батареи 382-го гаубичного артиллерийского полка 28-й горно-стрелковой дивизии.

Дивизия в составе 38-й армии 1-го Украинского фронта, в которой воевал Корниенко, участвовала в Проскуровско-Черновицкой наступательной операции (4 марта - 17 апреля). Эта операция стала одной из самых крупных фронтовых операций советских войск. Она проводилась в условиях сильной весенней распутицы, разлива рек и ненастной погоды.

В ходе этой операции 332й стрелковый полк прорвал оборону противника и стремительно преследовал его до города Винницы. С 18 по 20 марта 1944 года принимал участие в боях за город. Войскам, участвовавшим в освобождении Винницы, приказом Верховного главнокомандующего И.В. Сталина объявлена благодарность. В Москве дан салют двадцатью артиллерийскими залпами. 241-я стрелковая дивизия среди наиболее отличившихся соединений и частей удостоена почетного наименования «Винницкая».

В апреле полк получил задачу уничтожить противника, прорвавшегося на южный берег Днестра в районе Секерчин-Петрув.

В начале июля 1944 года 1-м Украинским фронтом велась подготовка к наступательной Львовско-Сандомирской военной операции. Большим маршем с 3 по 8 июля Винницкая дивизия в составе 67-го стрелкового корпуса 38-й армии, пройдя по всем бандеровским местам, пришла в район западнее Тернополя и с 13 июля приняла участие в военной наступательной операции.

14 июля 332 СП прорвал вражескую оборону на рубеже сел Белковцы - Богдановка Езерского района Тернопольской области УССР. Действуя дерзко и смело, полк нанес противнику чувствительные удары.

15 июля в районе сел Ярчовце Мшана 3-я рота преодолела укрепленную полосу обороны противника и стремительно продвигалась вперед. Личный состав роты, воодушевленный своим бесстрашным командиром Яковом Корниенко, сражался геройски. В течение дня 332м стрелковым полком было отбито семь танковых контратак противника при поддержке 10-12 танков.

В этом бою погиб политрук, командир 3-й стрелковой роты Яков Корниенко. Было ему 26 лет.