Соломощук Максим Михайлович

с. Куйбышево

 

***

Три журавля летели над селом,

Как символ мира и надежды.

Июнь-гулёна утренним теплом

Мне душу согревал как прежде.

 

Я с верой поглядел им вслед,

И попросил: "Дай сил нам всем, Господь,

Врага лютейшего народом побороть,

Продолжив славных летопись побед".

30 июня 2026 г.

 

 

Романенко Валентина Федоровна

с. Покровское

 

***

Три журавля летели над селом,

Кружились и обратно возвращались,

Их крик, как будто по сердцу ножом.

От взрывов птицы вверх и вниз метались.

 

Стонала под разрывами земля,

А солнце на востоке разгоралось,

И, улетая, плакала семья –

Там родина любимая осталась.

 

Весной домой летели журавли,

Скорей к гнезду, где деток выводили…

Оставили и гнёздышки свои,

И те места, что сердцем всем любили.

 

Теперь вернутся ли они назад,

На тополь тот, где зорькой просыпались?

Там, клювики раскрыв, у тополя лежат,

Кровиночки, что в той земле остались.

 

И крик, и плач летящих журавлей

Я сердцем всем до боли понимаю.

Летите к нам в Россию поскорей,

Мы вас с душой по-братски принимаем.

 

 

Титова Татьяна Киреевна

г. Таганрог

 

О войне

 

И снова я в окопе. Тишина…

В такую, говорят, оглохнуть можно.

Ты забываешь, что идёт война,

Хотя забыть об этом невозможно.

 

Ведь только был подбит последний танк,

Да как подбит! Уже нет слёз, ребята.

Гранатами обвешанный солдат

Взорвался с ним под зарево заката!

 

О чём подумал он в минуту ту,

Мы никогда конечно не узнаем…

Два дня мы брали эту высоту,

Два дня на этом склоне умирали.

 

И снова нарастает в сердце боль,

И рвётся крик сквозь стиснутые зубы,

И по щеке горошинкою соль

Всё катится и катится на губы.

 

 

Милая, ты обо мне не горюй

 

Милая, ты обо мне не горюй:

Верю, что я доживу до Победы.

Мне бы сейчас хоть один поцелуй,

Мне бы сейчас это счастье изведать.

 

Мне бы сейчас прикоснуться к тебе

И позабыть о снарядах и танках,

О пулемётных в ночи перебранках:

Всё, что мешает нам в нашей судьбе.

 

Верю, что встретимся – встречу родных,

И за столом все друзья соберутся.

Выпьем за тех, кто не сможет вернуться,

Выпьем за тех, кто остался в живых.

 

Будет ли утро, а, может быть, день,

Будет ли ночь, МИР когда восстановим…

Очень тебя я люблю – это помни.

И возвращусь – ты, пожалуйста, верь!

 

 

Морозова Альбина Георгиевна

с. Троицкое

 

Огромное небо одно на троих

 

2012 год. Республика Карелия, Медвежьегорский район. В лесу у посёлка Пиндуши на склоне холма одна из групп сборщиков металлолома обнаружила обломки самолёта. Обломки долгое время лежали на месте катастрофы. Постепенно их растаскивали на металлолом. Информация дошла до поисковиков, и они выехали на место крушения. Местные поисковики, обследуя место падения штурмовика, нашли сильно повреждённый при падении и пожаре самолёта орден «Отечественной войны I степени», где читался номер 2883.Обнаружены были также часы приборной панели самолёта.

В сентябре 2012 года, путём архивных запросов найденного ордена, руководителю поискового отряда «Карельский фронт» из Петрозаводска Сергею Томашеву удалось установить личные данные двух погибших членов экипажа: пилота 73-й ОКР эскадрильи, командира звена, лейтенанта Александра Яковлевича Малышевского и штурмана корректировщика эскадрильи капитан-лейтенанта Гирши Мейеровича Барона.

В конце сентября поисковики Фонда «Эстафета поколений» выехали на место падения самолёта для нового обследования, главная цель которого - обнаружение останков героев-лётчиков, которые должны быть захоронены с почестями на воинском кладбище.

− От самолёта почти ничего не осталось. Мы извлекли из земли совершенно небольшие фрагменты размером в несколько сантиметров. Найти тела в таких условиях было крайне трудно, поэтому мы в диаметре 100 м сняли слой земли глубиной на штык лопаты. Здесь работали не только карельские поисковики, но и башкирские, − рассказал председатель правления фонда «Эстафета поколений» Илья Герасев.

Поисковики удивились, когда обнаружили планку от медали «За боевые заслуги». И пилот Александр Малышевский и штурман Гирш Барон были награждены орденами. Так выяснилось, что в самолёте был третий человек. По документам установили, что это авиатехник Анвар Абзалетдинов. Он летел в этом же Ил-2, хотя самолёт рассчитан на двоих.

Тела трёх членов экипажа штурмовика-корректировщика Ил-2, потерпевшего авиакатастрофу 30 ноября 1944 года при перелёте с с аэродрома г. Сегежа на аэродром «Пески» г. Петрозаводска, были найдены 29 сентября 2012 года в лесу, на вершине сопки у п. Пиндуши в Медвежьегорском районе Карелии. Все члены экипажа были довольно молоды:

− Малышевский Александр Яковлевич - пилот, командир звена, лейтенант - 21 год;

− Барон Гирш Мейерович штурман-корректировщик, капитан-лейтенант - 22 года;

− Абзалетдинов Анвар Зиатдинович - авиационный техник, старший сержант - 25 лет.

29 июня 2013 года на 619 км трассы Санкт-Петербург - Мурманск состоялось захоронение экипажа самолёта Ил-2, который был определён по ордену «Великой Отечественной войны I степени», найденному на месте крушения.

Стала известна героическая судьба ещё одного нашего земляка, сына Неклиновской земли, считавшегося без вести пропавшим. Нынешнему поколению есть с кого брать пример мужества, отваги, стойкости, патриотизма.

 

 

Кротова Ольга Леонидовна

с. Покровское

 

Милая россия

 

Милая Россия,

Не грусти родная...

Мы домой вернёмся -

Это твёрдо знаем!

 

Мы ещё немного

Повоюем здесь,

Чтобы поуменьшить

Вражескую спесь!

 

А когда вернёмся -

Души отогреем.

Будет свет от солнца,

Краски заалеют!

 

Будет свет от солнца

В каждое оконце,

И замёрзнут слёзы...

Будто на морозе!

3 июля 2026 год

 

 

Ковтун Сергей Викторович

х. Герасимовка

 

Горели золотом погоны

 

Посвящено 40-летию выпуска курса

Ставропольского высшего военного

инженерного училища связи

им. 60-летия Великого Октября.

 

Горели золотом погоны,

На них сияли две звезды.

И наших судеб перегоны

Не ведали ни я, ни ты.

 

Промчались годы боевые.

Тому минуло сорок лет.

Не все из нас сейчас живые,

Мы помним всех, кого уж нет.

 

И в наше время не простое

Давайте будем "связь" держать.

И не давать душе простоя -

Уметь друг друга поддержать!

 

 

Сослуживцам-ракетчикам посвящается

 

В подземных шахтах и в густых лесах,

Там, где порой и зверь не пробежит,

Ракетчики на боевых постах

Хранят родной Отчизны рубежи.

 

Оружие нам Родина дала,

Доверив свой покой и мирный труд,

И может быть уверена страна:

Ракетные войска не подведут.

 

А вдруг войны наступит грозный час?

Враг будет у ворот неумолим.

Несением дежурства на местах

Мы ядерный пожар предотвратим.

 

Не состоит задача наша в том,

Чтобы ударами поджечь весь белый свет.

Мы думаем всегда, как жить потом,

Надежду дав на розовый рассвет.

 

Как хорошо, что не пришёл приказ,

Ракеты не рванулись в высоту.

Не наступил последний в жизни час.

Сберечь смогли земную красоту.

 

Из опыта потомкам дам совет:

Когда стоите на краю обрыва,

Оставьте детям солнца тёплый свет,

Без пепла после ядерного взрыва.

 

 

Сафронова Ольга Игоревна

г. Таганрог

 

***

Всю ночь от взрывов вздрагивала дверь –

Такая хрупкая преграда.

Будильник опрокинулся… Как зверь,

Что просит в ужасе пощады.

 

И как в тумане – промежуток дня.

А что-то снова ночь готовит?

Вновь дел текущих вялая возня,

А ухо чутко звуки ловит.

 

И гром прилётом кажется опять.

И дымом наползают тучи…

Но наши продолжают наступать.

И враг возмездие получит!

 

 

Не забываем классику

Дольский Александр Александрович — русский советский и российский поэт, гитарист-виртуоз, автор-исполнитель...

 

Баллада о без вести пропавшем

 

Меня нашли в четверг на минном поле,

в глазах разбилось небо, как стекло.

И все, чему меня учили в школе,

в соседнюю воронку утекло.

 

Друзья мои по роте и по взводу

ушли назад, оставив рубежи,

и похоронная команда на подводу

меня забыла в среду положить.

 

И я лежал, и пушек не пугался,

напуганный до смерти всей войной.

И подошел ко мне какой-то гансик

и наклонился тихо надо мной.

 

И обомлел недавний гитлер-югенд,

узнав в моем лице своё лицо,

и удивленно плакал он, напуган

моей или своей судьбы концом.

 

О жизни не имея и понятья,

о смерти рассуждая, как старик,

он бормотал молитвы ли, проклятья,

но я не понимал его язык.

 

И чтоб не видеть глаз моих незрячих,

в земле немецкой мой недавний враг

он закопал меня, немецкий мальчик.

От смерти думал откупиться так.

 

А через день, когда вернулись наши,

убитый Ганс в обочине лежал.

Мой друг сказал: "Как он похож на Сашку...

Теперь уж не найдешь его... А жаль".

 

И я лежу уже десятилетья

в земле чужой, я к этому привык.

И слышу: надо мной играют дети,

но я не понимаю их язык.

1978

 

 

Наш гость

Лобанов Сергей (позывной Маэстро)

 

На фронте

 

О чём ты, брат? Какой одеколон?

Давно пропахли порохом и потом.

Нормальный сон? Какой тут к чёрту сон,

Когда старуха бродит по окопам!

 

Когда в соседней лесополосе

Таится враг, надёжно окопавшись.

Но скоро он ответит нам за всех

Пленённых, покалеченных и павших.

 

Успели мы немного постареть.

Кто был в боях – тому беда знакома.

Раз в день готовим блюдо на костре

Из лука, тушняка и анакома.

 

Живём в землянке, наш простой уют

Слегка подпорчен наглыми мышами.

Они везде, туда-сюда снуют,

Хозяйничают, не считаясь с нами.

 

Ведра воды хватает на двоих,

Чтоб как-никак, а всё-таки помыться.

И знаешь, брат, средь нас не встретишь злых,

Пусть грозны и суровы наши лица.

 

За радость нам минуты тишины,

Горячий сладкий чай и сигареты.

На фронте перед пулей все равны.

И в Бога верят больше, чем в приметы.

 

 

Наш гость

Заславская Елена Александровна

г. Луганск, ЛНР

 

Гардемарины

 Нине и Сане

 

Ну, кто бы мог подумать, Саша,

Что ты гардемарин!

В степи цветущей под Камышевахой

Плывёт в небесный Иерусалим

Твой БТР, а ты стоишь на вахте…

 

И друг Алёшка, пусть не Корсак, а Грицких,

Погиб чуть позже этим летом…

Мальчишки наши. Сколько вас таких,

Отплывших в море Света?!

 

Когда в глазах темнеет из-за слёз,

Когда нет сил вперёд идти по жизни,

Я говорю: не вешать нос! Моя душа, не вешать нос!

Мы тоже ведь с тобой гардемарины, Нина.

2022

 

 

Мираж

 

Над степью конница

несётся,

А может, пыли дымный столб,

Мираж полуденного солнца,

Войной разбуженный, плывёт.

 

Всех впереди комдив Будёный —

Гроза лихих махновских банд.

Нет. В наше время только дроны

Над степью выжженной летят.

 

И я к земле прибитый небом,

Твержу себе: терпи, дыши,

Но промедол раздал по венам

Свои цветные миражи.

 

Воронки взрывов, складки кряжа,

Кругом бессмертники волной…

И вот уже я часть пейзажа —

Мираж, разбуженный войной.

2026

 

 

Осколок

 

Ивану Шабанову и Максиму Найдёнову

 

Война как осколок.

Внутри человека.

Если выжил он ненароком,

Даже если он не калека.

 

И, казалось бы, просто

Его не заметить.

Но он давит на совесть

Оправданием смерти.

 

И, казалось бы, надо

Его взять и упрятать,

Но он давит на память

Нескрываемой правдой.

 

Он болит нестерпимо

На поминках и тризнах,

Он навеки отныне

Оправдание жизни.

 

Он страшнее шрапнели.

Ты ж его как младенца

Укачай в колыбели

Разбитого сердца.

 

Он уснёт, затаится,

Но когда будет нужно

Он тотчас превратится

Из осколка в оружье.

2023