Север Леонид Юрьевич

х. Дарагановка

 

Первое воскресенье сентября

 

В первое воскресенье сентября нефтяники отмечают свой профессиональный праздник. Праздник тяжёлого, а для многих других, непосильного труда!

Несколько поколений советских людей ковали энергетическую мощь страны, которая сегодня отдана в частные (читай - не чистые) руки. 50% добываемой в России нефти вывозится за рубеж, при этом на внутреннем рынке цена за литр бензина неумолимо приближается к одному доллару...

 

Девятый час гудят турбины,

На уши давит высота,

Ждут покорителей Сибири

Чуть отдалённые места.

Саранск, Свердловск, опять посадка,

Спина и ноги затекли,

"Снижаться начал... Всё в порядке!"

В окошке факелов огни...

Подали трап, на выход просят

И главное - не вешать нос,

Дышать проблемно... Тридцать восемь!

Мороз кусается до слёз.

 

В нависшей дымке бледно-синей

"Вахтовка" съёжившись стоит,

Холодный пар, в салоне иней,

Мотор надрывно тарахтит.

Поехали! По ледяной дороге

Ещё вёрст семьдесят пути,

Белеет нос, немеют ноги

И месяц вахты впереди.

Табачный дым от сигареты -

Весь небольшой запас тепла,

Который с каждым километром

Съедает северная мгла.

Жестокий холод, души стынут,

"Вахтовка" медленно ползёт,

Мы превращаемся в пингвинов...

Ура! Последний поворот.

 

Добрались! Дорогой вагончик

Встречает светом и теплом,

Передохнуть бы, дело к ночи

И минус сорок за окном...

Согрелись, веселее стало,

Раскрыли сумки, рюкзаки,

Но чтоб залезть под одеяло

Ещё и думать не моги.

Без остановок - постоянно

Процесс бурения идёт,

Нет у помбура вариантов -

Поел, оделся и вперёд...

 

Обледеневшие ступени...

Их двадцать две, высокий марш...

-Всё! Тормози, браточки, смена!

Сажай на клинья и шабаш!

Заиндевевшие фигуры

Встречают крепким матерком,

По сигарете вместе курим

И нужно продолжать подъём.

Четыре лома, три кувалды,

Багры, лопаты, две кирки,

Есть всё что нужно у бригады

Для покорения тайги.

Ну, понеслась! И лютый холод

Сдаётся и уходит прочь,

Когда ты и силён, и молод,

То всё способен превозмочь.

 

Стоп кадр! Я авторитетно

Могу заверить и сказать:

-Нефть добывать, не на паркете

Бабло зелёное считать.

Четырнадцать часов дороги,

Плюс десять вахты, лишь потом,

Когда уже не держат ноги

Ты душу радуешь теплом.

А дальше восемь через восемь,

Скрипя зубами, без нытья

Идёт работа на морозе

И покоряется земля!

 

 

Учите математику...

 

"Коля плюс Оля"-

Надпись на школе

Видит задумчивый взгляд,

Это грамматика

И математика

Нам о любви говорят.

 

Верится в лучшее,

Сумма получится.

Главное - плюс сохранить!

Так, чтобы "частное" -

Гордое, властное,

Вас не смогло разделить.

 

Что ж! Пожелаем мы

Нашим слагаемым,

Как на Руси: "Хлеб да соль!"

Ну, а проказницу,

С минусом разницу,

Сразу умножить на ноль.

 

 

Школьный урок...

 

За окном паутинки осенние,

Ночи длинные, дни коротки,

Скорость ветра и силу течения

Я "ищу" возле школьной доски.

 

В пункте А вижу встречу вчерашнюю,

В пункте В, как тебя проводил…

- Ты задание делал домашнее?

Очень строго учитель спросил.

 

Я язык проглотил от волнения,

"Эс на Тэ", – глухо выдохнул класс…

Скорость ветра и силу течения

Ты вчера объясняла не раз!

 

Не учил я заветную формулу,

Но тебя убеждал: "Я - герой!",

Паутинки за рамой оконною

Захихикали вдруг надо мной...

 

И учитель ещё раз по полочкам

"Эс на Тэ" для меня "разложил",

Ты обиделась… Плачущей полночью

Я учебники дома открыл.

 

И нашёл в них простое решение,

Чтоб могла ты простить и понять,

Против ветра и против течения

Нужно всё-таки мне выплывать...

 

 

Вишневецкая Надежда Ивановна

с. Покровское

 

Подражание Сергею Есенину

 

            21 сентября 1895г. родился Сергей Есенин

 

Не жалею, что шальные годы

Пронеслись без яркого  следа,

Проросли оставленные всходы,

И они совсем не лебеда.

 

Не зову судьбу с нуля начаться,

Чтобы вновь её переписать,

Было всё: и плакать, и смеяться,

И подушке только рассказать.

 

Над красой увядшей я не плачу,

Ведь теперь живёт она в душе.

Да и чувства резвые не скачут,

Выбирая для любви мишень.

 

Ну и что ж, что молодой не буду,

В зрелости другая прелесть есть:

До сих пор жива, и это чудо,

Сохранились и друзья, и честь.

 

 

Светлая грусть...

 

Утром звался другом,

Вечером - "прощай..."

Встреч перед разлукой

Мне не обещай.

 

Слишком сложно стало

Верить в чудеса.

Чем всё обернётся -

Знают небеса.

 

Назовёшь всё шуткой...

Милый человек,

Скажешь "на минутку",

А уйдёшь навек.

 

Верю иль не верю -

Толку нет гадать:

Я открою двери,

Просто буду ждать...

 

 

***

Выросли внезапно маленькие внуки,

Скоро стану бабкой я с приставкой ПРА,

Стали забываться запахи и звуки...

Вот и старость пальчик гнёт из-за угла.

 

А совсем недавно лёгкою походкой

Шла по жизни смело, не боясь забот,

Людям улыбалась, видела всё чётко,

Мыслям не давала ход за поворот.

 

Стоп! Откуда взялся пессимизм унылый?

Есть друзья, работа, радует семья.

Просто вспоминаю то, что раньше было,

Просто повзрослела с внуками и я.

 

 

Салтанова Анжелика Дмитриевна

г. Ростов-на-Дону

 

***

Эх, мне бы выйти в ласковое поле,

обнять колосья скошенной пшеницы,

а горе пусть сгорит за частоколом

и мне не снится.

 

Я с ветром отбивала бы чечётку,

росой вечерней умывалась утром.

Умерив пыл, я сделалась бы кроткой,

совою мудрой.

 

Но, голову склонив, горит рябина,

а горе тянется за мною следом.

И слышен в небе рокот голубиный.

И путь неведом.

 

 

Чердак

 

...лишь заполненный хламом чердак

сохранит отпечатки ладоней.

Разве можно играть в навсегда,

если знаешь, что это погоня

по затоптанным раньше следам, –

и никто никого не догонит.

 

Смех живёт в перекрестии стен,

по углам спят заветные тайны,

в свете лунном неясная тень

улыбается горько, печально,

растворяясь в холодном дожде.

Обрывается провод трамвайный.

 

Обрывается связь, и чердак

обрастает теплом и свечами.

Между пальцев – оранжевый мак,

между рёбер – священное пламя.

Плечи тянет громоздкий рюкзак

из надежд и пустых обещаний.

 

В зеркалах – отраженье души,

стопка писем, засыпанных пылью…

Мы с тобою… тогда – малыши,

мы – птенцы чердака, но без крыльев.

…там, за домом, шумят камыши…

Наша сказка становится былью.

 

 

Саяпина Анна

с. Покровское

 

***

Трава искрится в капельках росы

Так мило просыпается природа

И волшебством пропитаны часы

У старой ели, прародительницы рода.

Её макушка в небе – высоко,

И с облаками там целуются иголки.

А утро – как парное молоко!

И синева тумана обнимает ёлки.

И стая птиц щебечет. Ветерок

Их голоса разносит по округе,

А вон вдали…чуть-чуть наискосок

Дуб объясняется в любви своей подруге.

И я тихонько, чтоб не навредить,

Подсматриваю эти все явления…

И шепотом прошу мне разрешить

Запомнить это всё в стихотворении.

 

 

***

Когда ты делаешь что-то с душой,

Ты даришь этому миру снежинку.

И, грея её, не превращайся в льдинку…

Это твоя природа.

Осмелься – и будь собой.

Мир – это ветер. Попробуй об этом спой.

 

Утром услышать рассвет

И увидеть вмиг,

Как рождается новый день и этот стих.

Вот и ещё снежинка – теперь твоя.

Не повторится картинка этого дня.

О, Время, Мгновение, Вечность…и МиГа Лик!..

Куда ты уходишь? Откуда пришёл? Возник?

И что забираешь с собою? Где твоя тень?

Миг улыбнулся мне и превратился в день.

 

 

Морозова Альбина Георгиевна

с. Троицкое

 

Осень на взморье

 

Яркая осень стучит в окна ветками  клёна,

Золото дарит, как нежное солнце лучи.

Словно царица достойна высокого трона,

Грустно нам с неба кричат, улетая, грачи.

 

Дымка над морем колышется розовым цветом,

Кромка раздела отчётливей стала видна.

Кроны деревьев охвачены солнечным светом.

Взгляд восхищает морской  синевы глубина.

 

Ветер осенний порывисто веет прохладой,

Парусник белый, как лебедь, скользит по волнам.

Песня души ввысь уносится птицей крылатой,

Мысли мои возвращает к родным берегам.

 

Гроздья рябины зарделись, как бусы, игриво,

Словно девицы, надели деревья наряд.

Русской природы краса - несравнимое диво,

Бережно люди её для потомков хранят.

 

 

Самбекские высоты

 

Громыхала война день и ночь напролёт,

Шли сраженья за море и сушу.

Твёрдо верил народ - лютый враг не пройдёт,

Не сломает он русскую душу.

В Приазовской степи, у Миуса – реки,

Шла граница переднего края.

И в жестоких боях, всем смертям вопреки,

Здесь ковалась Победа святая.

У Самбекских высот, там, где ветры свистят,

Пали воины, насмерть сражаясь,

На развилке дорог, в память павших солдат,

Вырос Комплекс-Музей, возвышаясь.

В 43-ем, в Москве, дан победный салют,

В честь прорыва границ  Миус-фронта.

На «Самбекских высотах» деревья растут,

Словно голос солдат, шепчут кроны.

В светлый май, каждый год, к монументу приду,

И цветы возложу я, склоняясь.

По «Аллее Героев» внучата пройдут,

Чтобы память жила, не кончаясь.

 

 

Кондрашова Ирина Петровна

с. Николаевка

 

Москали, история семьи Василенко

(отрывок)

 

Семей с фамилией Василенко в селе Троицком было много. Все они состояли в дальнем родстве. Должно быть, предок наш был из запорожских переселенцев, тех, что обосновались в слободе «средней» на берегу извилистой реки Миус в  далёкие времена, когда по велению императрицы Екатерины II (Великой) укреплялись и населялись южные рубежи России.

Василенки разделились на три самостоятельные ветви, крепчали, обрастая новыми побегами детей, внуков, правнуков. Их всех объединяло одно общее свойство: были трудолюбивы, предприимчивы, тянулись к новому, так сказать – местные Кулибины.

Освоили мельничное дело, наладили маслобойку. Вкус троицкого масла славился по всей округе, о чём свидетельствовали нескончаемые вереницы подвод, наполненных мешками с семечками подсолнечника.

Несмотря на занятость, были добропорядочными христианами. Дедушка Сергей Макарович с трепетом вспоминал эпизоды детства: накануне праздника Крещения Господня нашим предкам предоставлялась великая честь – прорубить во льду замерзшей реки Миус огромный крест, украсить бумажными цветами, сеном и вновь залить водой. И эта размером в несколько метров красота рядом с прорубью для крещенского омовения была для прихожан одновременно и местом, где свершалось великое таинство смывания греха, и местом для дальнейших праздников.

После ледяной купели спешил народ погреться в жарко натопленной хате у Василенок. Благо, дом стоял на бережке кормилицы и поилицы реки, а вверх по крутому склону вели проложенные заботливыми хозяевами в плотном грунте добротные ступени.

Так жили из поколения в поколение: пахали, сеяли, разводили скот, валяли валенки в своих «повстальнях» и, как говорил мой дед: «под Барыней не ходили». Общались с односельчанами на мягком деревенском говоре, чередуя русскую речь и украинскую мову. «Суржик» был всем понятен и привычен для слуха.

 

 

Конюхова Галина Ивановна

с. Покровское

 

СПАСИБО, СТЕПНОВЦЫ, ЗА ТО, ЧТО ВЫ ЕСТЬ

(акростих)

 

Спелый август насыпал мне яблок в подол,

Полный короб я щедро поставлю на стол,

А потом буду ими друзей угощать,

Спас медовый и яблочный будем встречать.

И спасибо, «степновцы», за то, что вы есть,

Благодарностей Богу моих вам не счесть!

Обниму «степняков», прижимая к груди,

Сохраняя тепло - с ним мне легче в пути.

Тишину оглушит наш заливистый смех,

Если радость на лицах - то значит успех

Прикоснулся тихонько, крылом осенив,

Нашим душам даруя сплошной позитив.

От души насмеёмся, чай с мятой попьём,

Вместе песню затянем за дружным столом.

Цель такая: по кругу стихи почитать:

мЫ романтики - любим мечтать, сочинять.

Заскучают без нас дома наши дела,

Ах, гулять так гулять, и была не была!

Тёплый августа день, щебет птиц над рекой,

Откровенно скажу, принесут нам покой.

Через месяц, другой только встретимся вновь,

Так давай наполняй самовар до краёв.

Осторожно в мангале костёр разведем,

Вкусной тут же, домашней картошки спечём.

стЫнет чай в самоваре, кончается день,

Ежедневная дума к чертям гонит лень.

Скоро кончится август, примчится сентябрь,

Торжествуя оденет деревья в янтарь.

толЬко жаль добавляет года календарь.

 

 

Внуку Ване

 

Отзвенела звонкая пора,

Детство беззаботное промчалось.

Закружили юности ветра,

Внук стал приходить - на зорьке алой.

 

Был и без того счастливым взгляд,

Стал намного ярче и светлее!

В восемнадцать глазоньки горят,

Губы пахнут нежной орхидеей.

 

Мне совсем нетрудно разгадать,

Почему его отрадно сердцу.

Вечером куда идёт опять,

На кого не может наглядеться.

 

Самые счастливые года

В нашу жизнь врываются, как песни.

А без них заглохнут города.

Юность - многогранна, интересна!

 

 

Песня

 

Пробежали, как быстрые кони, года молодые,

Разукрасив морщинками мелкими наше лицо.

Как капели весной, были в юности мы озорные,

К нам чужие ребята ходили гулять на село.

 

Припев:

Юность песней звонкою

Улетела ввысь.

Радость синеокая,

Где ты? Где ты?

Где ты, где ты?

Отзовись.

 

Мы беспечно влюблялись порой, совершая ошибки,

Оставляя отметины — раны в сердцах навсегда.

И бывало, что прятали слёзы в досадной улыбке,

А потом расцветали, как в солнечный день резеда.

 

И, конечно, не всё получалось, что в жизни хотели,

И просили удачи не раз и не два у судьбы.

Чтобы мудрыми вовремя прибыть к назначенной цели,

Маяками нам были в пути верстовые столбы.

 

Осень к нам незаметной, заросшей тропинкой подкралась,

Заметая проборы волос и виски сединой.

Это нас, обнимая, коснулась всего лишь усталость,

В белоснежной накидке с резною каймой голубой.

 

 

Кротова Ольга Леонидовна

с. Покровское

 

***

Улыбка, ты лицо своё открой!

Не надо щуриться, не надо прятаться.

Тебе же не идти в последний бой,

И в холодной речке не барахтаться.

Лицо своё ты солнышку подставь -

Пусть взглянет на тебя оно игриво!

Ты на минуточку представь...

С тобой сейчас

Случилось диво!!!

 

 

Трофименко Валерий Григорьевич

г. Таганрог

 

Последний месяц лета

 

Август месяц сбросил лето.

В путь собрались журавли.

Осень кралась незаметно,

И не пели соловьи

 

Заблудился луч в небесье,

Не пробьёт густой туман,

Даже тучам стало тесно.

В небе - просто балаган.

 

Дождь - рекою по бульварам

Трубы в стоках заливал,

Мыл деревья от загара,

Всех под струями купал.

 

Очень грустно и обидно:

Заливало всё дождём.

Солнца ясного не видно -

Не горит в зените днём.

 

 

Маркер Галина Михайловна

х. Гаевка

 

Маски

 

Маски, маски, снова маски -

Роли, как в кино, играю.

Быль и небыль, явь и сказки

Я уже не отличаю.

Дали в пару мне "героя" -

Отдала ему весь мир,

Воду с ног пила без боя,

Душу стёрла всю, до дыр.

Но, похоже, кто-то свыше

Не устроен был игрой.

Жизнь как сцена - зал, затишье...

Бац! - уже другой "герой"!

Стрекоза хотя бы пела,

У вороны был свой сыр.

Для меня, для оголтелой,

Лишь фантазий целый мир!

 

Маски, маски... Жизнь играю -

За собой таскаю ношу.

Посмотри: я в них любая!

Выбирай-ка, мой хороший!

Хочешь - милка-забавушка,

Хочешь - строгая мадам,

Вот - матрёшка-веселушка,

С этой - только по делам.

Карнавальные одёжки

И ряднинок чемодан...

Всё у Бога на ладошке,

Всё живу, как на экран.

 

Что же делать персонажу!

Что не так? И как иначе?

Чем неистовей куражусь,

Тем сильней под маской плачу.

 

 

Это будет после...

...Я готов целовать песок

По которому ты ходила...

В. Маркин

 

Раскалённой рукой прикоснулся к спине.

Я забылась в тебе, я купаюсь в огне.

Мокрый берег устал от солёной  волны,

Никого он не звал, мы ему не нужны.

Оглянись назад, попробуй,

Ты попробуй в зиму посмотри.

На песке лежат сугробы

Там сугробы с нежностью внутри.

Лето это будет после

Это киноленты маленький кусок.

Летом будешь тенью возле,

Летом ты устанешь целовать песок.

Губы шепчут о чём сна далёкий сюжет?

Рыжий берег косой, тихий-тихий рассвет.

Соловей не спугнёт тишину над водой,

Потому что одна, потому что зимой.

Стылый ветер вЕтрит губы,

Кружит снеги, дует точно в сердце.

Он целует слишком грубо,

Он не любит, рядом не согреться.

Лето это будет после

Это киноленты маленький кусок.

Летом будешь тенью возле,

Летом ты устанешь целовать песок.

Ты слова промолчи – здесь они не про нас.

Гул и шелест в ночи – это моря экстаз.

Кинокамера дня записала кино –

Бессловесный  рассказ всем известный давно.

Пальцами прикрою губы,

Стынут губы, отвернусь от ветра.

Буду я с тобою глупой,

Просто глупой буду я тем летом.

Лето это будет после

Это киноленты маленький кусок.

Летом будешь тенью возле,

Летом ты устанешь целовать песок.

 

 

Полянский Евгений Николаевич

г. Таганрог

Давай с тобой поговорим

Давай с тобой поговорим

Не в переписке, а воочью

О том, что кроется внутри

В день солнечный и тёмной ночью.

О том, что кроется внутри

В закрытых миру наших душах,

Давай с тобой поговорим,

Друг к другу отчужденье руша.

Давай с тобой поговорим

Без истерических агоний,

Спокойно, сидя визави,

Глаза в глаза, ладонь в ладони.

Спокойно, сидя визави,

Друг друга взглядом обнимая,

Давай с тобой поговорим

О том, как жить нам, зла не зная.

Давай с тобой поговорим

Про всё, что небезынтересно.

Затронем тем не две, не три,

Как сделать нашу жизнь не пресной.

Затронем тем не две, не три,

О беге времени забудем…

Давай с тобой поговорим

О том, как разукрасить будни.

Давай с тобой поговорим,

Тайн избегая бег по кругу,

Чтоб без измен жить, без интриг,

Друзей своих открыв друг другу.

Чтоб без измен жить, без интриг,

А с уваженьем и любовью,

Давай с тобой поговорим

Как не попасть во власть злословью.

Давай с тобой поговорим

Про личного пространства своды,

Притворства сбрасывая грим,

Чтоб не обману жить в угоду.

Притворства сбрасывая грим,

И в счастье двери отворяя,

Давай с тобой поговорим,

Друг другу души открывая.

 

 

Всё равно, порою, хочется

 

«..И всё равно,порою,хочется

Тайком шмыгнуть в давно забытое…»

Н.Дик

 

«…И всё равно, порою, хочется

Тайком шмыгнуть в давно забытое…»

Так ностальгией заморочиться

Вмиг можно, ведь окно забитое

(Со ставнями давно не новыми)

И дверь с амбарными засовами

Закрыли вход на веки вечные

В тот дом, даруя лишь печальное…

 

Та жизнь как детство (хоть беспечное,

Но и родительски – кандальное)

Не дарит ни вперёд движения,

Ни в синь заоблачную прыганье.

Ты расхоти, друг, без сомнения

В давно забытое любое шмыганье.

 

В рассветы новые уверенно

Шагай, отдав закатам прошлое,

Забрав оттуда лишь хорошее…

Счастливым станешь! Мной проверено.

 

Диалог двух поэтов:

 

Сафронова Ольга Игоревна

г. Таганрог

 

Нечто романтическое

 

Геометрия клумб и газонов порядок…

Муж сказал: «Надоели прямые аллеи…»

Обещанием тайны, страною загадок,

За открытой калиткой тропинка белеет –

Мы – вошли и пошли… Кто на это не падок?

 

Здесь ни клумб, ни газонов, - замшелые камни,

Будто тролли лесные, выходят из чащи,

Вниз по склону шуршат, наблюдая за нами,

Ручейки, ручейки – чешуёю блестящей,

А дорожка всё водит и водит кругами…

 

Нижет петли тугие змеёй анакондой

Вверх и вниз, вверх и вниз, все сужая изгибы,

Где-то шум – водопада? Звенящим аккордом

Предвещает: спасение… или погибель?

Ухмыляется камень мохнатою мордой.

 

Но внезапно, - о, чудо! Из каменной щели -

Светлый озера глаз. И рассеялись чары:

Присмирела тропинка – ползёт еле-еле

Вдоль аллеи прямой, становясь тротуаром.

Скалы мирно легли в травяные постели...

 

Снова клумбы, газоны… закончилась сказка

Как положено – светлым и добрым началом.

Белый лебедь (привратник?) плывёт без опаски,

Провожая на выход из тёмного зала,

Где пустеют кулисы и сброшены маски.

 

 

Полянский Евгений Николаевич

г. Таганрог

 

Отклик на «Нечто романтическое»

 

Ночью Оля гулять позвала за калитку,

Открывает которая путь в неизвестность,

Может быть отыщу золотых много слитков,

Ну а может, одной шелухи бесполезность.

 

Расстилается путь не шелками газонов:

Пней трухлявых полно, паутинные ткани...

Оглушают цикады своим перезвоном,

Словно тролли, навстречу замшелые камни.

 

И один из толпы их, икая утробно,

Озаряет ухмылкой мохнастистой морды...

На тропинке, что вьётся змеюке подобно,

Застываю под страха глухие аккорды.

 

Филин, уханьем ужаса миг продлевая,

Кровопийц зазывает писклявую шайку,

А деревья, пожаром предзимним играя,

Рвать желают на мне итальянскую майку.

 

Но со мной рядом Ольга... Прочь страх заморочный,

Рвусь из крепких объятий тропы-анаконды...

В руки - дрын! Словно дротиком - в филина.Точно!

А другой пусть попробуют мшистые морды.

 

То туда, то сюда мчат Фортуны качели

В битве с нечистью леса... Но, словно награда,

Мне внезапно, о чудо! Из каменной щели

Светлый озера глаз, крик живой водопада!

 

Скал светлеют громады - тьмы завеса упала...

Я проснулся… И понял, в чём сна был секрет...

Это Ольга на храбрость меня проверяла,

Мол, могу зваться рыцарем я или нет.

 

 

Сафронова Ольга Игоревна

г. Таганрог

 

Ответ Евгению

 

Храбрый рыцарь Евгений для Дамы Прекрасной

(Её имя пока умолчим для интриги)

Чуть заснёт, побеждает чудовищ ужасных:

Если дрын не найдёт — крутит яростно фиги.

 

Наяву же Евгений напишет балладу

О победе над троллем и порванной майке.

Будут строки и строфы шуметь водопадом,

Будут рифмы кружить говорливою стайкой.

 

Он однажды её прочитает поэтам,

И не скаже никто: мол, старо и банально,

Он получит награду (во сне), но при этом

Имя Дамы Прекрасной останется тайной.

 

 

Север Ирина Николаевна

х. Дарагановка

 

Инстинкт

 

Эта история случилась в маленьком уральском городке «К». Не было в то время ни мобильных телефонов, ни интернетов, ни гаджетов. Но зато все новости разлетались по округе с молниеносной скоростью, благодаря «cарафанному радио» - самому быстрому радио в мире.

В 1975 году вышел на экраны телевизоров необыкновенно красочный и динамичный мультфильм «Рикки – Тикки - Тави». Вся советская детвора с замиранием сердца и широко распахнутыми глазами смотрела на приключения маленького бесстрашного зверька – мангуста.

Да… Собачка, котёнок или хомячок дома –  хорошо, но ручной защитник от злых змей  мангуст – это было пределом мечтаний многих ребятишек.

«Везёт же индийским детям! Там у них водятся мангусты, не то, что у нас!»

Шестилетняя Саша просто заболела  Рикки – Тикки - Тави. Она просила отца подарить ей мангуста, хандрила, хныкала, надувала губки, и всегда знала наверняка, как добиться желаемого. Отец с матерью и дедушка с бабушкой души не чаяли в своём «золотом» ребёнке. Они всегда старались исполнить её желания, угодить, тем боле, что отец работал начальником бригады на золотом прииске, и денежки в семье водились.

«Что только не сделаешь для единственного чада? Но мангусты у нас не живут. Где ж его взять?»

Решения проблемы подсказали мужики из бригады:

- А ты, Пал Палыч, раздобудь доце выдру. Речную – они, говорят, хорошо поддаются дрессировке. Поезжай в охотничье хозяйство, договорись, там тебе добудут детёныша для твоей золотули.

Сказано – сделано.

И вскоре в новой квартире Пал Палыча на пятом этаже в железной просторной клетке появилась зверушка с любопытными умными глазками – бусинками, в блестящей, переливающейся, будто мокрой, шубке.

- Это девочка. Она ещё маленькая, как и ты. Её нужно многому учить. Как ты её назовёшь, Шурочка?

Девочка медленно обошла со всех сторон стол, на котором стояла клетка. Зверёк, не отрываясь, следил за ребёнком.

- Назову Лоркой! А можно её взять на ручки?

- Нет. Пусть она пообвыкнет, сперва научится есть с руки, потом уже и будешь таскать.

Прошло два месяца. Лорка стала общей любимицей. Очень смышлёная, шустрая, носилась она по дому, вовлекая в свою игру всех членов семейства.

Безобразничала тоже много. Лезла в мойку, где бабушка мыла посуду, во все тазы и вёдра с замоченным бельём для стирки, забираясь на стол, переворачивала кружки с чаем и компотом. Из ванной её просто приходилось скандально вытаскивать всякий раз, как только кто – нибудь из членов семьи собирался искупаться. Хлопот Лорка доставляла очень много из-за своей природной тяги к водным процедурам.

Однажды субботним вечером, когда вся семья была в сборе и смотрела телевизор, никто не спохватился, куда делась выдра.

Дедушка, перед фильмом сходив в туалет, забыл закрыть за собой дверь. Лорку давно привлекал звук журчащей воды из бачка, да только попасть за плотно закрытую дверь, она никак не могла. А так хотелось посмотреть на этот маленький говорящий ручеёк, превращающийся иногда в бурно взрывающийся водопад!

Кто долго ждёт, тому улыбается удача.

Проход открыт и, можно пустится в свободное плавание!

Лорка нырнула в унитаз…

Трудно представить, как чувствовал себя зверёк в канализационной трубе пятиэтажного дома, и что он увидел внутри, но тем история не закончилась.

На первом этаже, ставшего потом знаменитым на весь Урал, дома жил себе спокойно человек. У него в квартире был такой же туалет. А нужно заметить, что во многих советских многоэтажках двери в туалет и ванную закрывались во внутрь для экономии пространства.

Человек зашёл в туалет, плотно закрыл за собой дверь, сел на унитаз, расслабился, взял газету…

Тут – то наша Лорка и вынырнула из недр «водоёма». Увидев перед собой достоинство мужчины, вцепилась в него зубами, видимо приняв этот объект гордости за рыбу. Она ведь, всё таки,  охотница!

Бедный мужчина… Что он испытал в тот момент, история умалчивает. Только от страха, боли и неожиданности, он выбил плечом дверь прямо с косяком наружу, упав на пол вместе с Лоркой, которая не желала выпускать свою добычу, укрепившись ещё цепкими когтистыми лапками.

 

Мужчина попал в больницу с переломом ключицы и укусами за самое ценное и дорогое. По «сарафанному радио» история смаковалась со вкусом, со вновь открывающимися подробностями, с курьёзными предположениями и саркастическими замечаниями.

Лорку выпустили в охотничьем хозяйстве в реку, поближе к сородичам. Она ведь доказала, что инстинкт никуда не девается – охотиться и плавать выдра умеет, а значит, не пропадёт.

А золотой девочке вместо зверушки – подружки отец купил белую забавную болонку, которую Шурочка тоже назвала Лоркой.